— Какая просьба? — "если сейчас он попросит что-то неприличное, я ему покажу от куда и куда может зайти разгневанная энергия! Ишь поговорить ему надо, приперло! Так не горячись Лорик, он еще не сказал, а ты его уже четвертовала".
— Мне легче показать, сейчас подожди, — Лора на всякий случай приняла стойку бойца.
Дан подошел к столу и взял свой браслет, ища в нем что-то.
— Вот посмотри, — он кликнул на воспроизведение видео, где Лора в первые дни лежала в обнимку с Маем и пела ему колыбельную. Май слушал песню, закрывая медленно глаза, уплывая в мир, где есть мамы и их дети, где любовь творит чудеса. Лора нежно поцеловала сына в висок и уснула рядом с ним.
— Да, я помню. Это незабываемо, когда обретаешь покой, — землянка возвращалась с вновь всплывших воспоминаний.
— Можешь мне так же спеть? — Дан понимал, что просит многое, но ему хотелось испытать такие чувства — эту нежность, покой и доверие. Он еще не знал чем отличаются ласка матери от любящей женщины, да и вообще никаких не знал. Он смотрел в удивленные глаза Лоры, но не отступал. Его сердце изнывало в каком-то навящевом желании, мысли крутились по кругу, а тело вообще жило своей жизнью.
— Можешь? — хрипло повторил Дан, а Лора забыла в миг человеческий язык. Ямы вырытые в голове — быстро зарылись и возникли новые. " Интересно он предложил что-то неприличное, не пойму? ". Его голос вибрировал в голове и в груди женщины, пригвоздив её к полу и не давая сбежать. Это было интимно, тонко и чувственно, не дав шанса Лоре сказать "нет".
— Да…кхе, кхе, прямо также, — указала Лора пальцем на видио, -" интересно он всё просматривает?"
— Да, пойдем, — и этот мужчина протянул свою крепкую руку женщине. " Космические боги, я сейчас умру!"- кричала она в голове у себя. Лора не хотела и не могла отказать ему. Он не сводил глаз с её, утягивая в омут.
Медленно, боясь спугнуть землянку с блестящими зелеными глазами, Дан вёл ее к своей постели. Тело горело в предвкушении, но сейчас не время. Конечно, Митиолес рассказал теорию и Дан понимал, что перешагивает черту и ведет свою женщину за собой. Он хочет каждую ночь разделять с ней, быть её опорой и вдохновителем, получать её ласку, любовь и заботу.
Лора понимала сей момент точно не для детской колыбельной, понимала о невозврате и уже бушующих взаимных чувствах и не хотела прерывать волшебное видение. Не размыкая рук, они легли на пастель — Лора чуть повыше. Дан на боку, положив голову ниже, дав ей зарыться в волосы и поглаживая их, обнял нежно за талию. Уютное молчание никто не хотел нарушать, будто две души сейчас договаривались о союзе. Сердце женщины птицей билось о грудь в желании лететь в руки к этому мужчине. Его рука бережно и невесомо обняла её, побуждая энергию Лоры закручиваться в вихри, будто северное сияние, освещать пару. Землянка не отдавая отчет запела свой любимый романс, который остался в памяти от любящих родителей:
Не исчезайИз жизни моей,Не исчезай сгоряча или невзначай.Исчезнут все.Только ты не из их числа.Будь из всех исключением,Не исчезай.В нас вовекНе исчезнет наш звездный час,Самолет,Где летим мы с тобой вдвоем,Мы летим, мы летим…И мы летим,Пристегнувшись одним ремнем,Вне времен, —Дремлешь ты на плече моем,И, как огонь,Чуть просвечивает твоя ладонь…Не исчезайИз жизни моей,Не исчезай невзначай или сгоряча.Есть тысячи ламп,И у каждой есть тысячи свеч.Но мне нужна твоя свеча.Не исчезайВ нас, Чистота.Не исчезай,Даже если наступит край.Ведь все равно —Даже если исчезну сам, —Я исчезнуть тебе не дам.Не исчезай. (Микаэл Таривердиев).