Нет-нет, тут что-то другое…
Дверь комнаты открылась и внутрь вошла маленькая певица, Мимика. За собой дверь она закрыла хвостом, держа влажные ладони так, чтобы они быстрее просохли. Её появление не осталось незамеченным.
— Мимика! — оторвалась от боков жалобно стонущей Саяки Матильда, — Ты Мача не видела?
— Не видела, — тихо ответила бардесса, тряся пальцами, — Но слышала. Он кого-то в туалете пытает.
«Что?»
— Что? — переспросила вслух Митрагард, — Кого? Как? За что?
— Нуу… там было закрыто, — начала кошкодевочка доклад, — Я услышала через дверь крики, плач, стоны, поэтому побежала вниз, на первый этаж. Стало интересно, кого это он. Слуги на месте, министр с Генералом тоже, а десяток ваших грайвенов в полном составе охраняет холл. Так что я просто вернулась сюда!
— А, значит всё нормально! — с солнечной улыбкой вернулась жрица всех богов к ребрам Великого Мудреца. Филийский вжух, под шумок удравший на руки к бардессе, начал работать полотенцем.
— То есть, как это нормально⁈ — не выдержала Лилит, оглядывая всех присутствующих, — Он же пытает кого-то! Мимика, с её слухом, не могла ошибиться!
— Да всё нормально, — подняла голову от блокнота рыжая гномка, до этого старательно вписывающая в него цифры, — Мимика же проверила.
«Проверила? Что проверила? Что такое она, мать вашу, проверила? Что он незнакомца пытает⁈» — пошла кругом голова у бывшей Генерала, пытающейся понять, почему окружающие пребывают в такой безмятежности (причем, естественной!!), пока Герой в туалете кого-топытает ! За что⁈ Почему⁈ Зачем?!!!
Шок был настолько велик, что демонесса озвучила мучающие её вопросы. Иначе бы пришлось, сгорая от любопытства и тревоги, бежать в тот самый туалет.
— Лилит, ну не дёргайся ты так, — лениво ответила валяющаяся на полу и оставленная неугомонной жрицей в покое Саяка, — Мач думает о нас. Всегда. Ему больше не о ком. Поэтому, если он никого не позвал, то всё в порядке. Может, шпиона поймал или старого знакомого. Помню я одну гоблиншу… она еще обожала золотой пирсинг. Везде себя напротыкала! Шлюшка зеленая… Расслабься, это его дело.
— Вы ему… очень доверяете, — наконец, выдавила из себя суккуба, мысленно умывая руки.
— Конечно доверяем, — гномка вновь сунула курносый носик в свои записи, — Он только на вид дурак дураком, а так, вообще-то, умный.
— И смелый, — добавила жрица, забавляющаяся тем, что благословляла Виталика. Фжух, периодически подсвечиваемый золотистым сиянием ложащихся на него усилений, недоумевал, крутясь вокруг своей оси и пытаясь укусить эти спецэффекты.
— И сильный! — пискнула кошкодевочка, выглядывающая в окно.
— Вы его просто любите, — насупилась суккуба, присоединяясь к бардессе. Она не собиралась идти против коллектива, несмотря на всё свое внутреннее возмущение, просто по-женски захотелось оставить за собой последнее слово.
Правда, Митрагард совсем не ожидала, что после этой её фразы воцарится такая глубокая тишина.
— Любовь, — каким-то потусторонним голосом заявила юная гномка, — Понятие растяжимое…
И вновь тишина. Такая, нелегкая, тянущая, загадочная. Лилит почувствовала, как у нее зудит хвост от любопытства услышать продолжение, так как всё в тоне гномки буквально орало о продолжении, но вот задать наводящий вопрос? Какой наводящий вопрос???