— Конечно же, Мимика! Мы очень неопытны во всем этом радиоделе, но будем стараться изо всех сил! Итак, Шварцтадд, время новостей!
— Время новостей! (хором)
— Главной новостью последних дней можно назвать неумолимую и победную поступь Народной партии! Временное правительство продолжает доказывать ворам и паникерам, что с ним шутки плохи! Освобожден Сласский район, изгнаны бандиты с набережной Корвуса, из плена и последующей продажи освобождены все балерины Шварцтаддского Императорского Театра! Восстановлены коммунальные коммуникации в районе Большого Базара! Народная партия неумолимо теснит нестройные ряды мародеров и псевдопатриотов!
— Почему же псевдопатриоты, Тами⁈ Как ты можешь так называть людей, искренне любящих свою страну!
— Запросто, Мимика, запросто! Но это моё личное мнение, которое никак не должно влиять на мысли шварцтаддцев, однако, если так подумать — империя капитулировала, так? Знать и император разбежались со своими накоплениями! Верно? Возникает вопрос — а откуда реваншисты, кричащие сейчас на всех улицах севера города, будут брать средства для новой армии? Вы знаете ответ на этот вопрос? А я знаю!
— Расскажи нам, Тами!
— Грабеж, Мимика, простой и банальный грабеж! Под крики о возвращении величия Шварцтадда, эти псевдопатриоты грабят дома, лавки и склады! Вопрос к нашим слушателям — вы, живущие на севере, видите там присутствие регулярных военных частей? Хоть сколько-то? Кто-то занимается поддержанием порядка и законности? Я лично знаю лишь о так называемых «конфискациях»! Вы видите что-нибудь кроме этих конфискаций? Если да, то срочно позвоните мне по номеру…
Плотоядно ухмыльнувшись, я выключил радио. События набирали всё более и более феерический размах, но благодаря начавшей выкристаллизовываться жесткой структуре Народной партии, не приводили Шварцтадд в хаос, а всё мощнее привлекали быстро устающих от беззакония граждан в любящие объятия «народников». Процесс, скрепленный суровой, даже жестокой дисциплиной, шел вовсю.
Пора на работу! Хорошую работу. Лучшую из возможных!
— Я не могуэто назвать даже абсурдом или оскорблением! — презрительно цедит сквозь зубы белокурый эльф с утонченным чертами лица. Он худ, бледен, надменен и изящен, небрежно бросая бумаги мне на стол.
— Как пожелаете, виконт Вилларача, как пожелаете, — расслабленно улыбаюсь я, отпивая кофеек, — Только это лучшее и, не побоюсь этого слова, единственное предложение на рынке. Хотите продавайте, хотите… нет.
— На этом у вас всё, Герой? — эльф сощурил наглые синие глаза, делая движение, будто бы собираясь подняться.
— Да, в общем-то всё, виконт. Только… — протянул я, смакуя момент, — Удовлетворите моё любопытство, объясните несведущему одну маленькую вещь. Зачем вы собираетесь разориться на пустом месте? Ваши фабрики, заводы, пароходы, земли… это всё облагается весьма немалыми налогами на собственность, на содержание, на эксплуатацию дорог. В скором времени еще и налог «голубой крови» появится. А вот приносить доход эти активы, увы, не будут. Ах, прошу прощения. За исключением завода по производству свечей, «Уютный дом», кажется, так он называется? На него вам работников хватит. Из тех, кто принес вам, виконт, личную присягу.