Стратегия начинает вырисовываться всё отчётливее. Удар с двух сторон — классический манёвр, проверенный веками. Но для этого нужно время. Время на завершение кампании в Пятиморье, время на интеграцию новых территорий, время на подготовку совместного наступления с Антантой. И главное — нужно, чтобы северяне продержались до этого момента.
Это относится и к Спартанскому Королевству, и к самой Антанте. Северяне остро нуждаются в союзнике. Это можно вычленить из слов моих собеседников.
На Фронтире идёт не просто война, а борьба за выживание всех тамошних фракций. Какую-нибудь мелочь «Абсолютным Злом» не назовут!
Если Спарта начнёт полномасштабное наступление с юга, а Антанта — с севера, армада мутантов окажется зажата в тиски. Сколь бы ты ни был могущественным, но война на два фронта есть война на два фронта.
Если тебя начнут поливать свинцом и спереди, и сзади, то никакая регенерация не спасет! Не хватит этого и точка!
Но в данном случае всё было с точностью до наоборот. Не мы растягивали свои силы — это Грибница оказалась между двух огней. С севера на неё давила Антанта, сковывая основные силы на Фронтире. А теперь, если объединённые войска Спарты и Пятиморья ударят с юга… Классические клещи, проверенный временем манёвр.
Правда, для этого сначала нужно было превратить Пятиморье из врага в союзника. И судя по развернувшейся там гражданской войне, момент для этого как раз наступил. Каспер со своими лоялистами и Клей с повстанцами истощали друг друга, а значит, победитель будет готов к переговорам. Особенно если этот победитель получит небольшую «помощь» от Спарты.
Да, объединёнными усилиями мы можем уничтожить эту мерзость! Вместе! В едином порыве! На Старой Земле так погибла далеко не одна могущественная империя!
— Как вы смотрите на то, что наши фракции начнут работать сообща? — спрашиваю я, — Что об этом скажет Антанта?
Пилоты ошарашенно переглядываются между собой. Командор заливает в глотку полный стакан бренди. Морзе, позабыв о всяких приличиях, прикладывается к горлышку бутылки с королевским сидром.
Только Дринкетс остаётся неподвижным, уставившись в меня тяжёлым взглядом. Мужчина уже был не в нашем кабинете, уйдя в свои собственные мысли.
Лишь спустя секунд тридцать он приходит в чувство. Он же первым осмеливается высказать своё мнение по поводу моих слов.
— Я не могу говорить от лица всей Антанты, Король Шурик, — произносит Дринкетс. — Но вот что я могу сказать точно, так это то, что я готов сделать всё, что в моих силах, чтобы помочь вам в войне с Грибницей.
— Как и мы, — дополняют Командор с Морзе.
— Мне приятно это слышать, — улыбаюсь я. — Ваша помощь придется очень кстати. Но вернёмся к вопросу более глобального сотрудничества. Неужели у вас нет никаких способов связаться с Антантой?
— Можно попробовать починить радио, — предлагает Морзе. — Если мы сумеем его настроить, то прямой канал с Антантой будет вам обеспечен. Правда ничего не могу обещать, радиостанция сильно пострадала и…
Морзе переводит взгляд на своих товарищей, словно сомневаясь в возможности осуществить собственное предложение.