— Брысь! — крикнула она на щенков, но те не брыськались.
И я занёс мою супругу в дом. А она снова целовала меня в ухо и что-то шептала, чего я не разбирал, но было приятно.
В доме пахло чистотой и выпечкой. Я опустил Иру на пол в гостиной. Она упёрлась руками в мою грудь и вдруг замерла, втянула носом воздух.
— Слава… — голос её изменился. — Ты пахнешь весь?.. Порохом. И гарью.
Она провела ладонью по моей щеке. Я почувствовал, как кожа щиплет; порезов и царапин на лице было больше, чем я думал.
— Ты весь оцарапан, — сказала она тихо. — И в синяках. И губа рассечена. Давай тебя помоем?
— Давай, — согласился я. — А то от меня и правду разит.
Чем пахнет Ад бойца? Теперь я знал точно: Порохом, гарью, сыростью, гнилью, фекалиями и мочевиной, и всё это в постоянной пыли, строительной или земляной, в зависимости от того, где ведёшь бой.
Ира улыбнулась, но глаза оставались тревожными. Она взяла меня за руку и повела через комнату — мимо дивана, где щенкам было запрещено спать, но они всё равно спали, мимо стола с недоеденным завтраком, в ванную комнату.
— Раздевайся, — сказала она, отворачиваясь к полке с полотенцами, но я видел, как она смотрит краем глаза.
Я стянул костюм и рубашку, брюки и трусы, оставляя это всё лежать кучей на полу. Обнажая синяки на теле. Новые, старые, зелёные, жёлтые, фиолетовые. И чёрно-красный на груди, от сегодняшнего принятия на грудную пластину пистолетных пуль. Кровоподтёк был размером с тарелку. Туда же, на одежду, лёг сотовый и Тиммейт.
Ира подошла, провела пальцами по краям синяка. Молча. Потом взяла мочалку, налила на неё геля — с запахом лаванды и мяты, — и, нежно забравшись вместе со мной в голубую от соли, горячую воду, принялась гладить меня мочалкой.
— Закрой глаза, — попросила она.
И я закрыл. Тёплая вода, мягкая пена, её руки. Гул джакузи заглушал все остальные звуки с улицы, заглушал мысли, заглушал память о своей последней миссии.
Или как говорят суеверные — крайней.
— Милый, — прошептала она сквозь музыку, создающуюся бурлящей водой и шипением пены, — Ты надолго домой?
И в этот момент сотовый пискнул, словно давая ответ на её вопрос, но, скользя своими пальцами по её обнажённому и идеальному телу, я произнёс, улыбаясь:
— Давай не будем спешить это узнать?
— Я тоже подписывала документы по секретности, расскажешь, куда тебя снова посылала нелёгкая? — нежно спросила она, но мои пальцы уже притягивали её бёдра к себе, находя единственную важную «тему» после столь долгих и нервных разлук.
* * *
«Четвёртый, настало время заняться Зубчихиным. Но у этого контракта есть особые условия.» — высветилось на ОЗЛ спецсвязи пока Вячеслав «брал» свою любимую Иру. Но этого еще никто не прочёл, потому как все были заняты… Все кроме устройства Тиммейт, как раз в данный момент обучающегося сканировать и воспринимать тексты даже если направлено не совсем в сторону читаемого.
Глава 23 Шесть дней
Мы вылезли из джакузи, чтобы пройти в спальню, и уже там завалиться под тяжёлое одеяло, купленное Ирой специально для нас. С ума сойти: одеяло весило 9 кг и представляло из себя стёганую ткань, где помимо утеплителя были ещё и мелкие стеклянные шарики. Как было сказано в описании товара: Даёт эффект объятий и улучшает сон. Но чтобы его двигать по себе, нужно было быть крепким парнем, или подготовленной к перетягиванию одеял на себя девушкой.