— А чего у него нож в животе торчит? — спросила она, указывая на кинжал. — Может, вытащить?
Я хмыкнул, бросив на неё взгляд.
— Ещё одна, — сказал я, не скрывая иронии. — Нож закупоривает рану. Вытащишь — и рана разойдётся. Он истечёт кровью за минуту. Ещё мудрые советы будут?
Алиса подняла руки в жесте капитуляции.
— Всё, всё, не лезем, — буркнула она, отступая.
Тяжело выдохнув, я поднялся на ноги, ощущая, как усталость сковывает мышцы. Хотел было утереть пот со лба, но взглянув на руки передумал — они были липкими от крови Пылаева.
— Присмотрите за отцом, — бросил я семейству. — Дайте ему воды, если сможет пить. И не тормошите. Ему нужен покой.
К моему облегчению, никто не стал спорить. Татьяна кивнула, всё ещё нервно теребя платье, а Алиса молча отступила к матери. Я отошёл в дальний угол комнаты, где лежало тело ассасина, которого Татьяна своей стихией насадила на крюки вешалки. Слуги, стараясь не смотреть на труп, сняли его со стены и уложили рядом, чтобы не нагнетать и без того тяжёлую атмосферу.
Я присел на корточки, внимательно оглядывая тело. Чёрное одеяние плотно облегало фигуру, на голове — балаклава из той же тёмной ткани. Стянув её, я увидел обычное лицо, ничем не примечательное, словно у случайного прохожего. Ни шрамов, ни знаков отличия — ничего, что могло бы выдать личность.
Переключившись на магическое зрение, я осмотрел его истинным взглядом. Несколько артефактов слабо мерцали: пара синих, один зелёный. На пальце горело кольцо оранжевого уровня, от которого исходила тяжёлая энергия. Присмотревшись, я заметил плетение проклятия, опутывающее артефакт. Потратив пару секунд, я разобрался: если снять кольцо, оно взорвётся, распылив яд, который поразит всех вокруг. Да уж, это не те безобидные побрякушки, что подсовывает Алиса через служанку. Эти ребята играли по-крупному, и их цель была ясна — убивать всех. Я решил оставить вещи ассасина на месте.
Мой взгляд упал на ладонь убийцы. Там красовалась татуировка — силуэт ласки, вычерченный тонкими линиями. Магическое зрение подсказало, что она не простая: похоже именно это сложное плетение и обеспечивало невидимость. Любопытно. Это объясняло, как они крались незамеченными, пока я не вычислил их ауры. Я мысленно отметил, что стоит подробнее изучить такие татуировки — знание врага никогда не бывает лишним.
Ко мне подошёл Дмитрий, его шаги были тяжёлыми, а лицо всё ещё бледным. Он кивнул на тело.
— Это ассасины из Дома Тени, — произнёс он, прищурившись.
— Дом Тени? — я вскинул бровь.
— Значит, есть кому предъявить счёт. И кого расспросить, если дойдёт до дела.
Дмитрий тихо рассмеялся, но в его голосе не было веселья.
— Расспросить, гильдию убийц? Они наёмники, Костя. Никогда не раскроют нанимателя. Да они и сами, скорее всего, ничего не знают. Они только исполнители. Куратор в курсе задания, а кто куратор — поди разбери.
Я хмыкнул. Да уж, гильдия убийц значительно усложняет дело. Если конкретных баронов можно призвать к ответственности, а там и до основного интригана дойти, то адепты плаща и кинжала хоронят все улики. Осталось понять, почему на Злобина нарываются бароны, а к Пылаеву прислали убийц, а не наоборот.