— А я давно тебя заметил, — спокойно сказал я демону.
— Ты знаешь наш язык? — почему-то удивился он.
В тумане виднелось уродливое красное тело и большие рога.
— Я бы на твоём месте больше удивлялся тому факту, что тебе совсем не хочется на меня нападать, — ответил я.
Красноглазый принюхался. Но ауру Легиона он учуять не мог, её напрочь скрывал амулет. И я снял его со своей шеи.
Демон выпучил глаза и спрыгнул с козырька, выпрямился предо мной.
— Одержимый… Хорошее тело ты себе выбрал, — усмехнулся красный.
— Сань, слушай меня внимательно. Теперь главное — не оплошать, иначе убить его будет гораздо сложнее, чем деревянного. Повторяй за мной, — сказал Легион.
И я повторил:
— Как ты, Кахеол, говоришь со своим господином? Или забыл, кому обязан своей никчёмной жизнью?
— Легион? — не поверил тот.
Я кивнул и продолжил:
— Помнишь ли ты, как я не позволил Рамакану тебя уничтожить? Как я поставил тебя во главе армии, и ты помог мне завоевать мир варнов?
— Помню… Но теперь я лишь жалкий падальщик, — скривился красный. — Как и все, кто остался тебе верен. У нас не осталось никакой власти.
— Тебе придётся её вернуть. Если хочешь жить.
— Но как мне это сделать, господин? — недоумевал Кахеол.
— Протяни руку.
Демон вытянул ладонь, и по просьбе Легиона я коснулся её. Шершавая и горячая, но странно… Никакого отвращения при этом я не испытал. Хотя меня с детства учили тому, что это самые отвратительные твари, каких только могла создать природа.
— Дай ему немного моей магии. Ему хватит, — сказал Легион.
Синее пламя потекло прямиком из печати к руке демона. Тот скривился от боли, но не произнёс ни звука. И пламя осело на его запястье тонкой полосой.
— Примкни к одному из тринадцати, стань сильнее, войди в ближний круг, а я свяжусь с тобой… как придёт время, — сказал я. — А теперь, тебе пора.
— Буду рад служить настоящему владыке, — со зловещей улыбкой ответил красный.
Синим пламенем я начертил в воздухе пентаграмму изгнания. Самую простенькую, как и просил Легион. Обычно эффективнее их рисовать на земле, но если демон сам желает уйти, что бывает примерно… никогда, то тогда она может сработать и в воздухе. А у нас как раз такой случай.
Пентаграмма направилась в демона, вокруг закружился ветер, и демон закричал. Но уже через миг всё стихло… и он исчез.
— Слабак, — буркнул Легион.
— С чего бы? — поинтересовался я.
— Чем больше демон сражается, тем меньше он восприимчив к боли. А этого походу ни разу не изгоняли.
— Разве это плохо?
— Да. Моя армия должна состоять из сильнейших… И впервые я не жалею, что когда-то там кого-то пощадил, — усмехнулся он. — Сейчас у нас выбора нет, но ничего… Совсем скоро мы от слабейших перейдём к сильнейшим.
— Ты слишком самоуверен.
— Так же, как и ты. Иначе бы не распинался про дом.
— Ты знаешь, что это не главное.
— Ага-ага. Кстати, там интересная жертва у соседнего дома. К группе экзорцистов подкрадывается, — легко сказал демон.
А я со всех ног ринулся в указанном направлении, не особо скрываясь. В таком плотном тумане меня опознать будет невозможно.