Все ниточки вели к барону, который судя по переговорам с помощниками, тщательно скрывал свою деятельность от своих родственников, что их и спасло. А вот кто устроил пожар — большой вопрос. Хотя мало ли у Добрыниных врагов? Явно мы не единственные…
— Сань, но сам посуди, пожар — это хорошо, — довольно протянул демон.
— Да, тогда исчезновение барона обнародуют раньше. И нам повезёт, если это произойдёт до завтрашнего утра, — мысленно ответил я.
— О самом бароне ни слова в новостях, — печально заметил брат.
— Ну и фиг с ним. У нас ещё день до похода в банк. Предлагаю проведать деда и принести ему гостинцев.
— Давай, ему точно понравятся новости, — вскочил с кровати Борис.
— Он неисправим, — подумал я.
— А мне нравится его настрой, — рассмеялся демон.
— Он продлится ровно до тех пор, пока Борис не поймёт, что на Добрыниных наши неприятности не заканчиваются.
— В смысле?
— В коромысле. А ты думал, за ним никто не стоит?
— Эм… Нет.
— В течение пары дней увидишь, как приедет какой-нибудь знатный аристократ из Москвы и захочет встретиться с новым бароном Демьяновым.
— Саш, ты идёшь? — позвал меня Борис, собравшись.
— Иду! — ответил я и вышел из номера.
До дома престарелых мы добрались на автобусе, по пути купив большой пакет вкусностей, но в этот раз не прошли дальше поста охраны.
— В смысле нет Демьянова? — не понял Борис.
— Ваш дед исчез, сейчас подойдёт управляющий, с ним и поговорите, господин, — с опаской ответил охранник.
— Пусть поторопится!
Управляющим оказался мужчина в сером костюме, на вид лет пятьдесят, в очках круглой формы. С синяками под глазами и крайне усталым видом.
— Всё верно, молодые люди, Демьянов Антон Игоревич по неизвестным причинам исчез сегодня ночью. Мы не знаем, как это произошло, поскольку никто из персонала не видел, как он уходил, и на камеры видеонаблюдения это не попало.
— А инвалидное кресло? — спросил я.
— На месте.
— Странно всё это. Сам он уйти не мог, — тихо произнёс Борис.
— Не мог, — подтвердил я и мысленно обратился к Легиону. — Вели своим разведать здесь всё и отправиться на поиски. Но близко пусть к деду не приближаются… Он их за километр почувствует.
— Вот… опять бедного демона работать припахали… — протянул он.
— Работать? Ты только приказы раздаёшь!
— Да шучу я. Что, уже повозмущаться для приличия нельзя?
Я на это не ответил, но почувствовал волны исходящей от меня… нет, от нас с Легионом энергии. Обычный человек её никогда не почувствует. Она предназначалась для демонов, служащих владыке, и только для них… и больше никто не сможет расшифровать этот приказ.
— Мы хотим посмотреть камеры, — настаивал Борис.
— Да, пожалуйста. Пройдёмте со мной, — сразу согласился управляющий.
Ему нет никакого смысла нас обманывать, как тому, кто несёт ответственность за стариков. Он и так выглядел уставшим, потому что с самого утра занимался расследованием исчезновения нашего деда.
— А когда вы собирались нам сообщить о пропаже? — с возмущением спросил Борис, когда мы зашли в комнату с мониторами, где сидел другой охранник.
— Ваших номеров у меня нет, только опекуна, установленного судом. Им является Добрынин Роман Львович. До него я, к сожалению, не смог дозвониться, — устало ответил управляющий и попросил охранника освободить кресло перед камерами.