Но по иронии судьбы я уже не был человеком… И чувствовал точно так же, как и Легион, как этот запах выделяется среди ярких оттенков гари. И ощущаю его остатки на фоне запаха страха Добрынина сейчас. Нет никаких сомнений, что именно он виновен в трагедии, из-за которой моя семья оказалась в плену у демонов, а я сам очутился в гробу.
— Давай его убьём, и дело с концом, — предложил Легион.
Да ещё таким тоном… Он жаждал это сделать не меньше меня. Всем своим нутром я чувствовал, как нас объединяет эта жажда убийства. А что ещё заслужила эта мразь?
— Предлагаю пытать его до тех пор, пока он сам не начнёт молить о смерти, — в голове раздался зловещий смех.
— Нет. Я ненавижу этого ублюдка за всё, что он сделал… Но я не садист. И ты тоже не такой, каким бы безжалостным не пытался казаться…
— Чё?
— Ты пощадил слабого демона… А остальных мы убивали быстро. Хотя ты мог обмануть меня и сказать, что их можно уничтожить, только медленно разделывая по частям. Экзорцисты же не вырывают сердца, а используют печати, твой способ мог быть каким угодно.
— Тьма Тьмущая, а ты умнее, чем я думал. Так что, валим его и домой?
— Подожди, он ещё не ответил.
— А он и не ответит. Вон дрожит весь, как осиновый лист.
Я специально тянул. Не стану скрывать, что мне доставляло удовольствие наблюдать за тем, как мой главный враг среди людей испытывает животный страх.
— Говори, и я подумаю, чтобы твоя смерть была быстрой, — проговорил я, смотря ему прямо в глаза.
— Демьянов, я заплачу тебе. У меня есть деньги… Много денег, — пробормотал Добрынин.
— Засунь их себе в задницу.
Эта фраза стала для него пощёчиной. Барон не ожидал, что кто-то в здравом уме станет отказываться от денег… Но я преподал ему хороший урок. Что может быть ценнее денег? Человеческие жизни.
И он сполна поплатится за то, что поставил жизни членов моей семьи ниже, чем своё благосостояние.
— Миллионы, Демьянов. Тебе такое даже не снилось, — лепетал он.
— Миллионы… — хмыкнул я. — Вот цена за жизни моих родных. А сколько стоят твои сыновья и дочери?
— Не смей! — прокричал он, а лицо его покраснело.
До него, наконец, дошла суть…
— Демьянов! Не трогай их! Всё что хочешь сделаю! — продолжал Добрынин.
— О, смотрю, переговоры вышли на новый уровень. И хорошо, что ты понимаешь, твоя охрана не защитит семью от демонов, — кивнул я на стоящих рядом низших.
Как я смог ими управлять, хотя в нашем мире это в принципе было невозможно — Добрынин спрашивать не стал.
Конечно, я блефовал. Сыновья и дочери Добрынина не были причастны к трагедии, случившейся с моей семьёй, и трогать их я не собирался, но барону не обязательно об этом знать.
— У меня есть нечто ценнее денег! — выпалил он. — Это стоит и моей жизни, и всей семьи.
— Слушаю.
— На первом этаже особняка есть сокровищница. Она небольшая… Там сейф. Код четыреста тридцать пять-шестнадцать.
— Что внутри?
— Создатель копий.
— Это чё за штуковина? — поинтересовался демон.
— Создаёт одну копию носителя, которая должна выполнить определённую задачу, редкая штуковина и очень дорогая, с кучей ограничений, вроде того, что она не может говорить. Их в своё время делал один иллюзионист, которого уже нет в живых. Он за свою жизнь успел сделать всего одиннадцать экземпляров, — мысленно ответил я.