Она говорила нежно, успокаивающе, как с ребёнком. Ей казалось, что это поможет ему расслабиться, и она не ошиблась.
Через несколько минут его тело перестало дрожать. Боль отступила, и Кирилл выдохнул с облегчением.
— Спасибо, — прошептал он. — Спасибо…
— Лежи тихо, — сказала она. — Дай мышце привыкнуть.
Она продолжала массировать его икру, уже мягче, нежнее. Её пальцы скользили по коже, и она не сразу заметила, что её движения из лечебных превратились в ласковые поглаживания.
А потом она почувствовала, как его дыхание снова сбилось. И на этот раз не от боли.
Она подняла глаза. Кирилл напряжённо смотрел на неё.
— Опять болит? — спросила она, замирая.
Он коротко хмыкнул.
— Болит… — сказал он. — Но не там, где ты думаешь.
Она не поняла.
— И, если ты не прекратишь гладить меня так, — продолжил он, — нам придётся что-то с этим делать.
Ирина почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она отдернула руку, будто обожглась, и отпрянула. Щёки горели. До неё наконец дошло, что он имел в виду.
— Мы… мы перешли на «ты»? — спросила она, пытаясь перевести разговор в другое русло.
Он усмехнулся.
— Ты первая начала, когда вбежала, — сказал он. — Но я не против. Только за.
Ирина выпрямилась и поправила халат, стараясь вернуть себе профессиональное достоинство.
— А я против, — сказала она твёрдо. — Не будет никакой субординации. Вы не будете меня слушать, я не смогу работать. Мы остаёмся на «вы».
Кирилл смотрел на неё с мягкой улыбкой.
— Как скажете, Ирина Алексеевна, — сказал он, как ей показалось, с интимными нотками. — Как скажете…
Она развернулась и направилась к выходу. Сердце колотилось так, что он, наверняка, слышал его стук через всю комнату.
— Ирина, — сказал он, когда она уже взялась за дверную ручку.
Она обернулась.
— Ещё раз спасибо. Вы мне очень помогли.
Она замерла на секунду, потом ответила:
— Не за что. Это моя работа — помогать людям.
И вышла за дверь.
В коридоре она прислонилась к стене и закрыла глаза. Это стало уже её ритуалом. Руки дрожали. В груди всё кипело и бурлило.
«Это моя работа, — повторила она про себя. — Я здесь, чтобы помочь ему. Только и всего».
Но она знала, что это неправда. То, что она чувствовала, выходило далеко за рамки профессионального долга.
Она вздохнула и медленно пошла к себе, чувствуя, что эта ночь запомнится ей надолго.
—
Кирилл лежал в темноте и улыбался. Боль ушла, спазм отпустил, только жаль, что он не мог сходить в холодный душ. Её руки, её голос, её шепот — всё это до сих пор отдавалось в нём.
«Это моя работа — помогать людям», — повторил он её слова.
— Помогать, — прошептал в пустоту. — Ну-ну.
Он закрыл глаза и уснул с улыбкой на лице.
Глава 15
Ирина ворочалась в постели почти до самого утра. Сон всё не шёл, перед глазами стояла ночная сцена. Его лицо, искажённое болью. Его дыхание, сбивчивое и горячее. Его слова: «Если ты не перестанешь меня гладить, нам придётся что-то с этим делать».
Она закрывала глаза и снова чувствовала тепло его кожи под своими пальцами. И от этого становилось ещё жарче.
Под утро она всё же провалилась в тревожный сон, но проснулась рано, с первыми лучами солнца, которые пробивались сквозь занавески. В комнате было душно, и она поняла, что не выдержит ни минуты в четырёх стенах.