Вдруг снаружи раздались громкие голоса, какой-то шум. Джон сразу же устремился обратно и, кашляя, вскоре выбрался на свежий воздух. От едкого дыма глаза у американца слезились, но это не помешало ему определить суть проблемы.
Оказалось, что непонятно откуда, на месте посадки появился молодой пастух, который якобы видел странную группу, которая шла на север. Это показалось ему весьма странным, поскольку душманы на север не ходили вообще, именно поэтому он решил сообщить об этом людям Абдулматина, которых увидел еще тогда, когда те только подъезжали к обломкам.
Разговаривать с ним пришлось через переводчика, поскольку молодой парнишка разговаривал очень коряво, и американец не понял и половины сказанного.
Выслушав его, Джон прищурился, затем через того же переводчика, спросил:
— А почему ты решил, что они странные? В чем это выражалось?
— Да хотя бы потому, что на их одеждах различалась кровь, а сами они перемещались один за другим, как ходят шурави. И ещё потому, что на носилках они несли какого-то человека…
— Оп-па! — тихо произнес американец.
Взглянув на кучу обгоревших тел, ему всё сразу стало понятно — те, кто летели на этом самолёте, оказались хитрыми и толковыми людьми. Они решили сбить моджахедов с толку, устроили засаду людям Саида Хамада, перебили их, а затем сами переоделись в афганскую одежду и быстро покинули эту территорию, направившись на север… Вот для чего они подожгли тела, чтобы их собраться не догадались, что на них нет одежды!
Черт возьми, очень толково… Вдруг ожила рация у Абдулматина. Тот сразу же ответил — последовал короткий разговор. По его хмурому лицу стало ясно, что-то случилось.
— Джон! — лидер оппозиции обратился к американцу. — У нас проблема!
* * *
Группе «Зет» пришлось значительно ускориться — теперь душманы знали, что здесь советские «охотники на караваны». Двигаться на технике по такой местности было никак нельзя, организовать капкан — тоже. Им оставалось только двигаться пешком. Так же, как и нам.
За сравнительно небольшое время преследования по пересечённой местности, мы преодолели больше четырёх километров, однако душманы всё равно постепенно нас догоняли.
— Твою мать, Кэп! — воскликнул Урду, наблюдая за противником. — Они нас догоняют! Расстояние составляет примерно девятьсот метров и постепенно сокращается. Их там человек тридцать, хотя изначально было вполовину меньше.
— Это вполне ожидаемо, душманы всегда передвигаются быстрее потому, что они приспособлены к этим горам, к этим местам и знают обходные тропы, — отозвался майор Игнатьев, глядя в бинокль в сторону преследующего нас противника. — Не удивлюсь, если они уже дали знать остальным и нас попытаются взять в кольцо. Им на помощь могут идти другие группы, но это маловероятно. Предугадать наш маршрут им сейчас сложно.
Мы это знали, а потому чуть поменяли план действий и старались двигаться так, чтобы от нас отстали.
Быстро вечерело, скакать афганским сопкам и ущельям в тёмное время суток — удовольствие далеко не из приятных. Можно легко провалиться в какую-нибудь яму, трещину или просто сорваться с обрыва. Нужно было двигаться быстро, при этом контролировать каждый свой шаг. Сломать или вывихнуть ногу — проще простого. Задачка не из лёгких, но на учениях мы проходили через подобное уже не один раз. Вот только сейчас двойку за невыполненный норматив не поставят, сейчас ставки куда выше. Жизнь каждого участника группы, и всей группы целиком.