И стоило мне об этом подумать, как «анализ» поймал изменение в ноге Исихары Касая. Что-то в общей картине поменялось, причём уловить этот момент было практически невозможно.
Я догадался, что могло произойти, тут же переключился на «анализ» сосудов и обнаружил то, от чего любой другой врач на моём месте пришёл бы в ужас.
Часть тромба оторвалась и полетела вверх по венам ноги — в брюшную полость, а затем ещё выше — в сторону грудной клетки.
Проклятье! А вот это уже по-настоящему серьёзная ситуация. С ногой Исихары ничего бы не произошло. Сосудистые хирурги удалили бы тромб, дали ему рекомендации и после недельной госпитализации отпустили домой.
Но теперь Исихара Касай рискует умереть прямо в приёмном отделении — на наших глазах. Предсказать, куда полетит это тромб, трудно, но самые страшные варианты — это головной мозг и лёгочные артерии. Обе ситуации приведут к тому, что Исихару придётся госпитализировать уже даже не в сосудистую хирургию, а в реанимацию.
И такое с одним заядлым игроком уже однажды случалось. Я читал статью о пациенте из Южной Кореи. Мужчина играл в компьютер на протяжении сорока восьми часов. В итоге у него возникла точно такая же проблема с тромбозом вен голени. Вот только закончилось в том случае всё плачевно. Тромб оторвался, попал в лёгочную артерию и произошла рефлекторная остановка сердца.
Но Исихаре я «доиграться» не дам.
Хорошо, что я всё-таки решил задержаться и помочь Хибари Котэцу. Остановить тромб даже с помощью лекарской магии будет трудно.
Мне пришлось прицелиться и совершить чётко выверенный «выстрел» жизненной энергией прямо по летящему тромбу. Он тут же распался на мелкие частички, которые быстро растворились за счёт других компонентов крови.
— Госпитализируйте пациента в сердечно-сосудистую хирургию, — велел дежурной медсестре я, когда опасность уже миновала.
Хотя миновала она не полностью. Всё ещё есть риск, что оторвутся и другие части тромбов. Поэтому нужно удалить их как можно скорее.
Пациента увели на второй этаж, а Хибари Котэцу задержался в приёмном отделении, чтобы заполнить направления, а заодно побеседовать со мной.
— Простите, что не пришёл попрощаться, Кацураги-сан, — расписывая анамнез заболевания, произнёс он. — Совсем ничего не успеваю. Тяжело мне даётся работа в этом отделении. Всё-таки не сочетается моё учение с теми практиками, которыми пользуются другие врачи.
— Хибари-сан, а могу я поинтересоваться, зачем вы вообще себя насилуете работой здесь? — спросил я. — Вы ведь идёте против течения, с которым вам справиться попросту не получится.
— Ямамото-сан сказал, что здесь я смогу развить свой бренд. Стать популярным врачом-гомеопатом. Только пациентов у меня, к сожалению, не так уж и много, — вздохнул он.
— Не против, если я дам вам совет? — спросил я.
— Вы ещё спрашиваете! Получить от вас напутствие напоследок — большая честь для меня, — заявил Хибари Котэцу.
— Я бы на вашем месте не стал идти против себя. Если вы хотите развивать своё собственное направление, лучше уж устроиться в клинику, где занимаются только гомеопатией. Или открыть свою, — поделился своим мнением я.