Это же не активный спорт, в котором можно повредить позвоночник и остаться инвалидом. Тут-то как пациента умудрился с собой такое сотворить? Боюсь спросить, чем он цифры записывал в журнал, раз его после игры парализовало.
— Я сбегаю в соседний филиал и проверю, в чём там дело, — сказал лекарской жрице я. — Вы пока ко мне пациентов не записывайте. Как вернусь — начну приём.
Я надел белый халат и побежал через дорогу во второй филиал. В кабинете невролога лежал мужчина лет шестидесяти. И как оказалось, он и вправду не мог двигаться. «Анализ» сообщил мне, что его мышцы перестали получать сигналы от нервной системы.
— Удзурихо-сан, — обратился к неврологу я, — докладывайте, что стряслось с больным?
— Пока что ничего не понимаю, — признался невролог. — Пациент утверждает, что у него нет никаких хронических заболеваний. Я проверил его электронную медицинскую карту. Там тоже всё чисто. Он в последний раз обращался в связи с ОРВИ. Никаких проблем с сердечно-сосудистой и нервной системами выявлено не было. А теперь он и вправду парализован. Я проверил все патологические рефлексы, прошёлся иглой и молоточком. Мышцы ниже шеи не отвечают.
— Доигрался! — произнёс пациент, а затем грязно выругался. — Мне посоветовали тренировать свой мозг, чтобы не было деменции. Вот так потренировал, вашу ж мать! Все мозги себе сломал, судя по всему.
— Успокойтесь! — велел я. — Постарайтесь сейчас не злиться и не пугаться из-за сложившейся ситуации. Мы найдём способ восстановить вашу двигательную активность.
— Но как⁈ — прошептал Удзурихо.
— Дайте мне пару минут, — попросил невролога я. — Сейчас придумаю.
Я пробежался «анализом» по всей нервной системе пациента. Странно, периферическая нервная система, представленная сетью «проводов» — нервов, была в полном порядке. А вот с головным мозгом действительно есть небольшие проблемы.
Никаких признаков инсульта. Все сосуды работают так, как и должны. Но что-то в головном мозге не так. Будто и вправду интеллектуальная игра поломала то, до чего даже я добраться не могу.
— Как вас зовут? — спросил пациента я.
— Масао Гинтоку, — представился он. — Могу и год рождения назвать, если надо, Кацураги-сан. Вы не подумайте — я в своём уме. С памятью у меня всё в порядке. Но телом уже несколько часов управлять не могу.
— Что произошло до этого, Масао-сан? — спросил я. — В течение недели с вами не происходило ничего необычного?
— О чём вообще речь? — усмехнулся он. — Я из своей квартиры толком никуда не выхожу. Только добираюсь до магазина, затем возвращаюсь домой и занимаюсь своими хобби. Склеиваю фигурки из дерева или же решаю судоку. Будь оно проклято! Сделало из меня инвалида!
— Ещё раз повторяю, успокойтесь, — велел я и добавил немного «харизмы», чтобы снизить активность симпатической нервной системы пациента. — Никакого стресса в последнее время не было? Родственники или друзья не сообщали плохих новостей?
— Нет, скорее это я сообщил им плохую новость, — заявил пациент.
— Какую же?
— Я две недели назад ездил на рыбалку со старым товарищем, — ответил он. — У нас лодка перевернулась, и я чуть не утонул.