— Так всё просто, Кацураги-сан, — ответил кардиолог. — Он сам мне об этом написал. Если вдруг не верите, посмотрите на это своими глазами.
Он достал мобильный телефон, открыл один из мессенджеров, а затем показал экран мне, чтобы я мог прочесть переписку.
Хотя перепиской это назвать трудно. Скорее уж монолог какого-то психопата.
«Выходите из соревнований, Камада-сан. Добровольно. Иначе у вас будут проблемы».
«Что вам дороже, Камада-сан? Победа или ваша репутация?»
«Не советую меня игнорировать. Лучше покиньте соревнования, пока не поздно. А заодно убедите Кацураги Тендо. Он такой же упёртый, как и вы».
Чёрт подери… Да угрозы, которые он присылает мне — это мелочь, в сравнении с тем, что получает Камада Кеничи.
— Этот человек явно нездоров, — подметил я. — Он ведёт себя абсолютно неадекватно. Чем-то напоминает…
— Сталкера, — закончил за меня фразу Камада.
— Да, верно подметили.
Сталкерство очень распространено в Японии. Речь идёт о слежке за другими людьми. Чаще всего это происходит из-за любовного интереса. Но в данном случае собеседник явно угрожает. Не знаю, кем работает этот сумасшедший, но врачом его назвать у меня уже язык не поворачивается.
Я ещё раз проверил Камаду Кеничи «анализом». Нет, и всё-таки он точно мне не лжёт. Кардиолог абсолютно спокоен. Вероятность того, что он сам себе написал это сообщение лишь для того, чтобы запутать меня, стремится к нулю.
— Что ж, значит, у нас с вами общий враг, Камада-сан. И выбор у нас не богат, — подметил я. — Либо передать всю эту информацию в министерство здравоохранения, либо пытаться одолеть этого проходимца самостоятельно.
— Но вы ведь понимаете, что мы не можем сообщать об этом в министерство? — произнёс Камада.
— Конечно, — согласился я. — Ведь в этом случае соревнования прекратят. Никто не сможет определить, кто заварил всю эту кашу. Скорее всего, весь проект сразу же прервут и приступят к внутреннему расследованию. А я не хочу, чтобы это случилось. Мне нужна победа. Думаю, и вам тоже.
— Разумеется! — закивал Камада. — Победа или одно из призовых мест. Иной вариант не обсуждается. Я хочу обновить всё оборудование в своей клинике и нанять ещё нескольких специалистов. К примеру, мне не хватает одного ревматолога. А в мою клинику обращается очень много пациентов, переживших ревматическую болезнь сердца. Да и кардиоонколог не помешает.
Планы у Камады Кеничи, я бы сказал, наполеоновские!
По крайней мере, кардиоонколога я встречал всего лишь раз в жизни. И то — не в этом мире. Очень редкая профессия, но востребованная. Кардиоонколог занимается не столько опухолями сердца, сколько помощью больным, пережившим химиотерапию. У таких пациентов часто возникают осложнения, которые поражают сердечно-сосудистую систему.
Было бы и вправду здорово, если бы у Камады появился такой специалист. В мою клинику его нанимать нет смысла, поскольку профиль у нас широкий. Однако я бы с радостью начал направлять пациентов после химиотерапии сюда.
— Значит, Камада-сан, заключаем союз, — подытожил я. — Вычислим этого мерзавца и добьёмся справедливых соревнований. Кстати, по телефону вы сказали, что знаете, кем является этот человек. Расскажите, что вам удалось выяснить.