— Ладно, пойдет, — крякнула Мизуми.
— Ну что, тогда готовимся и выступаем, до начала матча еще три часа, а Реми нам дала технические пропуски на всю территорию комплекса. Радуйся, ты все хотела окончательно перейти в полевые агенты — твоя мечта сбылась.
— Ага, — сказала она. — Уж кому-кому, а ей я доверю информационное обеспечение группы. Пойду в оружейку и подберу винтовку.
— Да мы сейчас все там затаримся, — сказал я. — Можешь не спешить.
— Я тебя убью, — сказала Кошка, когда мы прошли полную проверку и обыск у служебного входа.
— За что? — деланно удивился я, потом глянул на нее и заржал. Да, посмотреть было на что. Она нацепила морок японки позднего бальзаковского возраста, с дряблой, отвислой и морщинистой кожей. Под глазами были круги.
— Вот за это, — она пихнула меня кулачком в бок. — Показаться в таком виде на улице? Да вообще ужас какой-то. Еще и эти хамы мусора меня облапали!
— Привыкла к хорошей жизни? — усмехнулся я, потянув ее за рукав бесформенного комбеза, на котором было написано «Коммунальная служба Токио». — Не все тебе носить коктейльные платья и ходить в ярком макияже с собственным смазливым личиком. Иногда и в другие игры надо поиграть. Представь, что у нас с тобой ролевая игра, мы — сантехники.
— Ага. И после прелюдии с гаечным ключом ты возьмешь меня на крышке канализационного люка? — злобно сказала она.
— А что? Это мысль! Главное — камеру поставить, а потом за бабки в сеть выложить. Лавандоса срубим…
— Особенно на тех кадрах, где ты из задницы у себя вантуз будешь вытаскивать. За ручку.
— Так, вы ничего не забыли, озабоченные? — раздался в голове голос Мизуки. — Мы вообще-то на общем канале, и Реми тоже тут.
— Ладно уж, — примирительно сказал я. — Где ты?
— Как и договаривались, жду тут вашего драгоценного появления за забором, — сказала она язвительно.
Мы с Хитоми пошли на точку встречи. Инструменты у нас хорошие, сантехнические — и не только.
— Камеры и сигнализацию я отключила, можно резать, — сообщила Мизуки.
Я сделал знак Хитоми, чтобы наблюдала, достал из ящика, принесенного с собой болгарку с алмазным диском, чтобы прорезать композит забора — магией снять эту панель было бы слишком заметно — и включив Мертвую Тишину, беззвучно прикоснулся к панели. Раз, два, три — и большой кусок метр на метр беззвучно упал на землю.
— Держи, — с той стороны полезла увесистая сумка. Я вытащил ее, и еле успел схватиться за вторую. Втащив и ее, я посторонился — внутрь влезла Мизуки.
— Подождите, надо восстановить систему датчиков, — она достала из карманов такого же комбинезона универсальный инструмент. Повозившись пару минут, она отошла, критически прикинув на глаз сделанное, потом кивнула.
— Наложи хоть скрыт, — сказал ей я.
— Ладно, — она сложила мудру, и забор вновь стал как новенький, лучше голографической проекции. — Ну а теперь пошли. Все по плану?
— Да, ты идешь наверх, выбираешь позицию и ждешь, мы с Хитоми вниз, ждем гостей. На всякий случай надень маску.
— Надену, когда вы не справитесь, до тех пор не буду — у меня лицо не дармовое, потеть пару часов в резинке не хочу.