— Ага, — кивнул он. — Они каждый раз с нами вместе выходят, говорят, что тоже с дебилами работают, — усмехнулся таксист, — а на самом деле они вообще не бастовали, пока им спирт бесплатный на работе выдавали.
— А что, часто такие митинги собираются? — удивился я.
— Так раз в месяц стабильно, — пожал он плечами. — Покричим, потом выходят представители власти, извиняются, обещают чего-нибудь и мы расходимся. Зато, считай, лишний выходной день в месяце!
Как я понял, это стало уже чем-то вроде традиции. Первыми выходят таксисты, потом врачи, а после них собираются и остальные желающие. Кого тут только не было, и все злобно выкрикивают свои требования в адрес правительства города и страны.
Так что вскоре на небольшую сцену, что установлена как раз для таких случаев у здания администрации, вышли представители власти.
— Граждане! — раскинул руки мэр города. — Рад вас видеть здесь и понимаю, насколько у вас сильная воля, раз вы приходите и выставляете требования! И я уважаю это! А без уважения и воли не было бы нашей страны. Самое главное — это уважение, мы всегда любим это и ценим.
Он продолжал вещать со сцены о том, как уважает простых людей и какие они молодцы, что пришли выразить свое мнение, а я уже не мог избавиться от навязчивых мыслей.
— Рембо! — шикнул своему помощнику. — А ну ко мне! — спустя секунду он под покровом невидимости стоял уже рядом со мной. — Слушай внимательно, что надо сделать. Уверен, это будет шикарно!
— Да, господин? Только скажите, что угодно сделаю! — у него аж глаза засверкали от предвкушения новой пакости.
— Главное, не перепутайте ничего, и тогда будет весело, — оскалился я.
— Слушаю, господин! Ничего не перепутаем!
Быстро рассказал ему детали плана и Рембо едва сдержался, чтобы не расхохотаться. Так что вскоре он исчез и побежал готовиться к выполнению приказа, а я занял место для наблюдения и принялся ждать.
Благо, долго ждать не пришлось и совсем скоро на сцену вышли четверо полицейских. Правда, форма какая-то потрепанная. Вот проходят же обучение, сдают экзамены. Почему так трудно запомнить, что форма должна быть в превосходном состоянии всегда!
Мэр к этому времени отошел в сторону и место за трибуной пустовало, так что один из полицейских сразу подошел к микрофону.
— Уважаемый мэр сказал, что вы можете быть свободны. Всё, пошумели, поорали, теперь берете свои плакаты, сворачиваете в трубочку, а что дальше делать с этими трубочками — вы и сами знаете! — оскалился полицейский, тогда как толпа резко замерла от удивления.
— Но у нас есть требования! — возмутился кто-то из собравшихся. — Мы еще не закончили, мэр даже не успел прочитать наши обращения! — он указал на горку бумаг, на краю сцены. Там каждый желающий оставил свои пожелания и предложения, как улучшить работу руководства.
— Ах, обращения? — усмехнулся полицейский и звучно расстегнув ширинку, подошел к куче бумаг. — А теперь смотрите, что я думаю про ваши обращения! — расхохотался он и, повернувшись к толпе спиной, начал обильно поливать каждую бумажку. Литр, два, десять, пятнадцать. Закончил он только когда последняя бумажка была щедро смочена и чернила на ней растеклись. — Вот, что я, начальник полиции и господин мэр думаем о ваших идиотских обращениях! Расходитесь и работайте, утырки ленивые!