Но независимо от того, верит человек или нет, его нельзя оправдать, если он оскорбляет чувства верующих людей. Тот же младший жрец Михаил только тем и занимался — ездил по городу и продавал спирт, выдавая его за святую воду.
Вот в таких случаях — плевать, кто во что верит. Главное, что один наглый ублюдок обманывает остальных людей. Добрых людей, которые верят, что Грифон им помогает. А это — очень подлый поступок.
Вот только теперь всё обернулось несколько иначе. Теперь я должен выступить против Грифона, поскольку подозреваю, что он осквернён. Вот только без доказательств мне это сделать не удастся.
Сказать, что одна-единственная женщина жалуется, будто её осквернил Грифон? Нет, в это никто не поверит.
— Не поверят. Ты прав, Алексей, — заявила Гигея, неожиданно появившаяся рядом со мной в одной карете.
— Здравствуй, покровительница, — ответил я. — А мне уж начало казаться, что ты не явишься.
— Не явилась бы, если бы со мной не связался Морской Бог, — произнесла она.
— В последнее время с тобой часто связываются боги из других пантеонов. Правда, после обмана Януса я больше им не доверяю.
— Обмана? — удивилась она.
— Долгая история, — махнул рукой я. — Будет время — прочти мои мысли. Вот всё сама и узнаешь. Если кратко — он всех нас обманул.
— Так… — попыталась собраться с мыслями Гигея. — Плевать на Януса! Куда важнее то, что сама земля Саратовской губернии прогнила. Огромный регион может превратиться в царство некротики.
— И всё из-за действий некромантов? Они заразили некротикой Грифона? — предположил я.
— Хуже, — помотала головой Гигея. — Кому-то действительно удалось дотянуться до Грифона — это факт. Но моё предсказание начало сбываться. Повсюду пробуждается некротика, которая от богов никак не зависит. Если этой весной её никто не остановит, она захватит всю Саратовскую губернию. А потом пойдёт распространяться дальше. А если учесть, что другие лекари — идиоты… Её попросту не остановят. Она захватит всю Российскую Империю. А если и за границей лекари не лучше, то под контролем этой омерзительной силы окажется весь мир.
— Подожди, Гигея, перестань изъясняться загадками. Совсем недавно мы соревновались с Владимиром Павловым — избранником Махаона, — напомнил я. — А теперь мы всё чаще сталкиваемся с другими богами, которые к лекарскому делу не имеют никакого отношения.
— Всё это — вина моего отца. Это сделал Асклепий, — вздохнула Гигея. — Это он распространил некротическую магию по всему миру. Это его адепты до сих пор обитают в каждом районе Российской Империи. А в некоторых странах они и вовсе заняли места подле королей и императоров.
— Но ты за ними, разумеется, наблюдать не можешь? — уточнил я.
— Конечно. Я могу смотреть за любым лекарем, которым не владеет другой бог. Но те, кто управляют некротикой… Они скрыты от глаз всех богов. Я же говорила тебе, что некротика прибыла из другого мира. Мы над ней не властны.
— Значит, ты не сможешь подсказать, кто умудрился осквернить Грифона? — спросил я.
— Понятия не имею. Но сделал это кто-то крайне сильный. Очень могущественный некромант. Скорее всего, в данный момент он гораздо сильнее тебя. У тебя только закончили созревать пятый лекарский и второй обратный витки. А этот человек… Он до бога добрался! Даже я этого не могу сделать без согласия другого высшего существа. Того же Януса я лечила только потому, что он сам этого хотел.