Я понял, что он хочет сделать. И это — очень важный шаг.
А потому я отдал ему свёрток с листьями. Илья вырвал его из моих рук, высыпал всё на землю, которая сегодня превратилась в смесь грязи с тающим снегом. И начал топтать эту дрянь.
Я понимал, что меня ждут пациенты. Знал, что мы оба опаздываем на приём. Но всё же дал Илье время выплеснуть весь свой гнев. За минуту он превратил наркотические растения в нечто, которое уже никто и никогда принять не сможет. Смешал с грязью.
И это стало моментом его слома. Теперь передо мной другой человек. Новый Илья Синицын.
— Но за одно ты мне всё же заплатишь, Алексей, — пропыхтел запыхавшийся Илья. — Я весь костюм из-за твоего обратного витка в грязи испачкал.
— Если неделю продержишься без этого вещества, я тебе сам новые штаны куплю, — рассмеялся я. — А если серьёзно, сегодня вечером я составлю план, как подготовить особый препарат. Я вылечу тебя.
На этом мы с Синицыным разошлись по своим кабинетам. А я уже мысленно начал продумывать план, как создать препарат, который поможет Илье справиться с зависимостью. И не только ему. Раз в этом мире уже существует наркоторговля, значит, таких, как Синицын, существует целое множество.
И многие из них наверняка хотели бы обратиться за помощью. Я в этом уверен. Ведь наркоман получает удовольствие очень недолго. Первая доза даёт эйфорию, которую уже не сравнишь со следующими дозами. И в итоге постепенно удовольствие от наркотика полностью исчезает. Он лишь приводит организм в норму, в которой человек находился ещё до того, как стал наркоманом.
Налтрексон. Вот — препарат, который нужно разработать параллельно с противовирусными и иммуномодуляторами. В моём мире он давал неплохие результаты в лечении наркомании.
Но как его произвести… Вопрос.
Я не знаю формулы. Примерно помню, как он производится, но это будет куда сложнее, чем создавать антибиотики.
Но я уже знаю, что в этом деле мне точно поможет клятва лекаря. Ведь Синицын попросил о помощи. Значит, теперь я должен его излечить.
Я надел белый халат, приготовил протоколы осмотра и позвал первого пациента. Сегодня люди шли большим потоком. Но удивляться тут нечему. Понедельник же!
Однако уже под конец приёма в мой кабинет вошла женщина с округлым животом. Я сразу понял, что она беременна. Это уже намекало на то, что случай предстоит непростой. Всё-таки акушером-гинекологом я никогда не работал. Примерно представляю, как лечить болезни беременных и женские болезни в целом, но это далеко от той специальности, которая в прошлом была моей основной.
Я сразу же отметил, что женщина хорошо одета. Передо мной явно не крестьянка. Возможно, даже дворянка. Да нет… Точно дворянка! Простолюдины таких одежд не носят.
— Здравствуйте, Алексей Александрович, — скромно кивнула она, а затем присела напротив меня. — Моё имя — Наталья Леонидовна Сазонова.
— Очень приятно, Наталья Леонидовна, — кивнул я. — С каким вопросом ко мне пришли?
— Я не пришла. Я приехала, — сказала Наталья. — Я не из Хопёрска. Мой отец — барон города Вольск. Я проделала долгий путь.