Как раз, когда мы разогнулись и вытерли пот со лба, появилась вторая бетономешалка.
— А вот и наша вторая вентиляционная шахта, — Хитоми посмотрела на большой камень, торчащий из земли. — Надо же, с фантазией, голограммой замаскировали!
Она нырнула в толщу камня, щелчок — и вместо камня теперь торчала стандартная труба бомбоубежищ.
— Сейчас мы ее разберем, — она сделала пасс пальцами, и от трубы полетело все, что могло помешать.
Мизуки сдала назад так, что мы могли снять трубу с бетономешалки и воткнуть ее в шахту.
— Ну, понесся раствор по трубам, — прокомментировала Хитоми, глядя на шахту, жадно глотающую раствор. Пробка номер два была на месте.
Я опустился на траву, сдирая с пальцев прилипшие кусочки раствора.
— Ну а теперь, как и задумано — осталось ждать кавалерии.
— Точно. Пойдем занимать позиции. По идее часа четыре у нас есть точно. Пока не поступит доклада, пока среагируют, пока пришлют группу захвата проверить, кто тут шарится…
— Мы еще и поспать успеем, — сказала Кошка. — А то толком и не выспишься, ты храпишь как паровоз.
— Да ладно издеваться, — я хлопнул ее по упругой попке. — Забираем снаряжение — и на позиции.
Кавалерия прибыла вечером, когда уже смеркалось. На лужайку перед домом сел вертолет — обычный, но без всяких опознавательных знаков, и из него высыпалось человек восемь, грамотно образовавших оборонительный круг.
— Ты была права, Мизуки, — сказал я. — Вариант два.
— Принято.
Секунд через десять, я уже успел заскучать, грохнул гранатомет, послав гранату точно в вертолет. Взрыв был небольшой, хотя вертолету хватило — он превратился в огненный шар, подпрыгнул над землей и рухнул на траву, разваливаясь и сбивая с ног штурмовую команду. Вот только граната была необычная — импульс ЭМИ сейчас выжег всю электронику солдат, лишая их связи и всех дополнительных функций «умного взвода».
— Огонь! — скомандовал я, и с двух позиций ударили пулеметы, гвоздя по солдатам и не давая уцелевшим поднять голову.
Я поднял барабанный гранатомет. Он сказал «Пок-пок-пок», и три гранаты кучно легли туда, где залегли шурмовики группы.
— Чисто, — доклад Кошки. — Малое чувство показывает, что живых нет, и нам пора делать ноги.
— Хорошо. Оставляем ложный след, — я обошел догорающие обломки вертолета и сделал каждому боевику контроль, попутно обыскав их карманы. Как и ожидалось, в них было пусто — след здесь терялся. Да и ладно. Не суть важно, потом всплывет.
— Вот, как раз для следа, — Хитоми с Мизуки приволокли связанного и одурманенного заклинаниями боевика Кубота-кай, захваченного по нашей просьбе Ронином с улиц. Как раз хорошо известного, чьи пальчики и ДНК были во всех базах, а роспись по телу не оставляла сомнений в его принадлежности.
Я выстрелил ему два раза в грудь из трофейной винтовки, потом пошел возвращать ее мертвому владельцу.
— Ну что? — Кошка избавила труп от пут и занялась изобразительным искусством. — По фэн-шую?
— По фэн-шую немного не так, — я взял пулемет производства Восточно-Азиатского Союза, один из любимых гангстерских для крутых разборок, сжал рукоять ладонью мертвеца, и дал очередь в направлении полыхающего костра. — Чтобы не было сомнений на первый взгляд.