— Да куда они прошли? В дешевых борделях клана Кубота для докеров именно движущиеся куклы работают.
— А в дорогих?
— В дорогих работают живые женщины. Не помнишь, что ли, как мы посещали заведение господина Хитоси?
— Помню. А если взять еще выше уровень?
— В каком смысле? — Такэда не стал скрывать удивления.
— В прямом. Если взять заведение еще более дорогое и элитарное, чем курятник Хитоси?
— Таких не бывает, — без особой уверенности заявил Такэда.
— Вот. До сегодняшнего утра и я так думал, хотя сам человек не бедный и на кланы поработал некоторое время. Но, оказывается, были тайны и от меня.
— Так-так! — Такэда заинтересовался.
— В общем, наш таинственный покровитель сдал интересную тему. Для меня она по одним причинам интересна, для вас, думаю, по другим. Суть этой темы в том, что инженеры Кубота разработали совершенно новую прорывную технологию в сфере утоления мужской жажды за вознаграждение. Это робот, который мало того, что почти не отличим от человека на вид, но и еще ведет себя не как робот.
— Ты меня пугаешь, — признался Такэда. — Не тяни, объясняй быстрее.
— Да я сам чуть не обосрался, когда понял, о чем идет речь. Короче, Кубота смогли сделать пусть и грубую, но вполне себе практически применимую запись человеческого мозга, после чего перенесли ее на полупроводниковый кристалл. Получился контроллер, способный управлять приводами робота. Но его память, мотивации, реакции, человеческие. Это как если бы из человека мозги вытащить, в машину вставить, и подключить нервы ко всем исполнительным механизмам. Но живой мозг штука нежная и прихотливая, а тут покруче будет. Тут емкий кристалл быстродействующей памяти, устойчивый к внешним воздействиям, не просто содержащий личность некого человека.
— Что значит «не просто»? — Такэда еще больше напрягся.
— Да то и значит. После считывания с мозга и до записи на кристалл, личность можно отредактировать в весьма широких пределах. Ну, убрать некоторые или все страхи, к примеру. Или отключить стыдливость. Убрать лишние воспоминания, побуждения, мешающие какой-то цели.
— Ты хочешь сказать, что Кубота-кай, создав подобную технологию, применяет ее таким пошлым образом, как создание элитных роботизированных проституток?
— Именно это мне сообщил наш таинственный покровитель. А что вас смущает?
— Да это же обалдеть какая продвинутая технология! Неужели не нашлось ей более достойного применения, чем создание роботов, способных вертеть задницей?
— Пока не нашлось, — сухо ответил Ронин. — И именно пока не нашлось, нам надо сделать так, чтобы дальше этого ничего не двинулось. Потому что робот с электронными мозгами, в которых сидит человеческая личность, способен крутить не только задницей, но и шестиствольным пулеметом с неслабым боезапасом за спиной.
— На какой стадии сейчас разработка? Теория? Эксперименты? Создание прототипа?
— Мелкосерийное производство. — Ронин доел последний пельмень и отложил палочки. — И у нашего покровителя есть основания полагать, что на робогейшах технология обкатывается по одной важной причине. При записи на кристалл у будущих электрических жриц любви полностью купируется агрессия. Она им не нужна. Сейчас полимерных девочек погоняют в борделях в качестве испытаний, проверят стабильность личности, степень контроля поведенческих рамок, коммуникационные возможности, гибкость системы принятия решений, а потом возьмут личность какого-нибудь отморозка, вроде меня, и впендюрят в мозги боевого робота. Уже не купируя агрессию, понимаете? Все уже будет отлажено на безопасных гейшах. Мне бы этого хотелось избежать по ряду причин. Это ответ на вопрос, чем эта тема интересна для меня.