— А теперь маленький «бум», — произнес Ронин, и нажал на кнопку дистанционного детонатора.
Несколько небольших зарядов на искореженной палубе сработали цепочкой, воспламенив топливо. Волна пламени стремительно разбежалась в стороны, превращая то, что осталось от мануфактуры, в пылающий ад. Красно-дымные языки огня, вздымались на десять-пятнадцать метров, уничтожая в зоне разлива не только все живое, не только все, что могло гореть, но и все, что имело температуру плавления ниже восьмисот градусов.
Робогейши быстро скукожились и потеряли шикарный товарный вид, затем вспыхнули, начали плавится, а когда их аккумуляторы высокой емкости разогрелись до критической температуры, каждая из искусственных женщин взорвалась, подобно бомбе, раскидав по округе раскатистое эхо и превратившиеся в пыль кристаллы с личностью никому неизвестной женщины.
— Девчонки, просто огонь, — прокомментировал Ронин. — Взрывные оказались штучки. Но это не все.
— А где еще? — Такэда напрягся.
— Их же производили не для того, чтобы валялись на складе. Часть отправили в публичный дом рангом повыше, чем у господина Хитоси. Так что для нас веселье еще не закончилось.
Глава 7
— Эй, красавчик, пойдем развлечемся! — размалеванная девица со слоем штукатурки показала мне фигу по старому японскому обычаю — так обычно проститутки завлекают своих клиентов.
— Спасибо, не надо, — пробормотал я. Никакого желания поймать что-нибудь на конец у меня не было. Да и с сексом у меня было все нормально, Кошка отрывалась на мне так, как только кошки и могли. К тому же в Йошивара я прибыл не за половухой в мыльницах.
— Да я чистая, без блохи и триппера, — хриплым пропитым голоском сказала проститутка.
Я уже развернулся, чтобы дать резкую матерную отповедь, и заметил хитрые огоньки в смеющихся глазах.
— А ты и поверил! Ну ладно, давай двадцатку, аватару тоже жить на что-то надо.
Я достал две коричневые купюры по десять тысяч йен и сунул в наманикюренную руку. Вряд ли писатель и философ, изображенный на ней, думал, что он пойдет по рукам за дешевый секс на задворках.
— Ну, пойдем! — сказал аватар. — Трахаться не рекомендую, у носителя гепатит С. Хотя триппера нет, она правду сказала.
— Час от часу не легче, — пробормотал я.
Мы поднялись в какой-то клоповник с оборванными пожелтевшими обоями, дряхлой древней мебелью и плохо застеленной кроватью с покрывалом в каких-то очень подозрительных пятнах.
— Да ты присаживайся, не бойся. Руки потом помоешь и нормально, — посоветовала мне проститутка.
— И за это двадцатку? — сказал я. — Мне должны приплачивать, а не я.
— Кстати об этом, если уж зашел разговор, — подмигнула проститутка и передала мне стопку платиновых карточек, перехваченных банальной банковской резинкой. — Вот вам материальная помощь и подъемные на клан Есида. Все правильно сделали, развиваться надо.
— Ну тогда уж если речь зашла об этом, то вот список того, что Мизуки хочет запатентовать сразу, — я подал ему бумагу, надо же поддерживать его общение в неэлектронном стиле.
— Хорошо, я просчитаю линии вероятности и дам ответ при следующей встрече, перенесем ее на послезавтра, — она пробежала глазами список, и убрала в сумочку. — Пока что ваша работа идет как надо.