Глава 23 «Очищение огнем»
Несколько минут шли молча. Эскорт крутил головами по сторонам, напряженно высматривая потенциальную угрозу. Айлин держа меня за руку, закрыла глаза и грелась в ласковых лучах тёплого, утреннего солнца. А я размышлял. Размышлял о том, можно ли было избежать ещё одной смерти по дурости. Наверное, всё же не следовало отпускать девку прощаться с Годфри. В конце-концов она могла бы сделать эта и днём. Но вот дотерпела бы? Или мы б по утру нашли посреди двора обглоданный скелет, лежащий в ошмётках собственного мяса, кишков и говна? А то и вовсе, заразилась бы, превратившись в полуразумную тварь, одержимую жаждой крови. Да уж, жизнь порой та ещё сучья шутница. Когда начинаешь думать, что хуже уже некуда, она может подкинуть тебе с десяток разных вариантов, которые окажутся куда дерьмовее того, что произошло.
До площади путь прошёл спокойно. По пути нам почти не попадалось людей, несмотря на то, что время уже подходило к полудню. Должно быть сегодня у горожан что-то вроде выходного дня. А может просто, бояться показываться на улице, после недавних нападений. Впрочем, пара мальчишек, пробежавших мимо нас с криками «Быстрее! Сейчас начнётся!» подсказывали, что причина совсем в другом. И совсем скоро мы узнали, в чём именно.
На площади трёх божеств было необычайно людно. Меж статуй многоголовым и многоголосым морем колыхалась пёстрая толпа, окруженная со всех сторон отрядами храмовников. Бойцы ордена были одеты в тяжелые доспехи, поблёскивавшие в ярких лучах утреннего солнца. В руках они держали тяжелые башенные щиты и длинные протазаны. Во втором ряду оцепления виднелись шапели стрелков и длинные, металлические рога тяжелых осадных арбалетов. Выглядело это так, будто орден собрался на войну, а не просто охранял какое-то празднество.
Впрочем, суть этого самого «празднества» мы тоже скоро увидели. Как и причину того, почему храмовники вывели сюда самые элитные части своего воинства. Толпа, оттесняемая назад ещё одним оцеплением из воинов пылающего клинка, собиралась вокруг двух небольших настилов, собранных из брёвен и заваленных сверху охапками хвороста. В каждый такой импровизированный помост был воткнут столб. И к каждому из столбов привязан человек.
Небольшой, суховатый, лысеющий мужичок в покрытом пятнами кожаном переднике. И полноватая темноволосая женщина, в простом сером платье, перевязанным белым фартуком. Похоже, их приволокли сюда прямиком из дома, в том, в чём застали.
Женщина стояла молча, свесив голову. С её носа и подбородка капала кровь, отпечатываясь ярко-алыми каплями на белом полотне фартука. Мужчина кричал. Пытался доораться до беснующейся толпы, швырявшей в него гнилые овощи, тухлые яйца и камни.
— Люди! Да что мы вам сделали! — вопил он, — Рандольф, Лейна. Я же вашего сына от колик в животе лечил. Андрас, тебе зубную боль снимал, когда ты на стенку от неё лез. Эйла, тебе…
Договорить он не успел. Камень, вылетевший из толпы саданул его в скулу. Голова бедолаги мотнулась. Из рассечённой щеки тут же потекла кровь, заливая лицо пленника.