Спустя минуту мы вышли на перекрёсток. Трупов тут было больше. Значительно больше. Тела лежали группами, по пять-шесть человек. Крохотные, высушенные фигурки вцепились крючковатыми пальцами в истлевшие одежды взрослых, которые прижимали их к земле, прикрывая собой. Они надеялись спасти хотя бы своих детей. Но спасения не было. Не им, не их детям, ни стражником, выстроившимся поперёк улицы с оружием наперевес, ни в последний момент струхнувшему и бросившемуся бежать бойцу. Тьма накрыла всех. Накрыла, поглотила и ушла, оставив после себя лишь улицу, усыпанную иссохшими трупами.
— Страшно представить, что они чувствовали в последние секунды, перед тем как… — девушка осеклась и нервно сглотнула, проходя мимо очередной груды тел. Несколько крохотных трупиков судорожно цеплялись за фигуру в покрытых ржавчиной и плесенью доспехах. Похоже, что при жизни боец бежал, волоча детей за собой. Пытался их утащить подальше от опасности, но не сумел. Как и все в этом проклятом городе.
— Страх и панику, — покачал головой я, — Похоже, для города катастрофа была чем-то сродни внезапному стихийному бедствию.
— Не внезапному, — возразила Айлин, — Помнишь тот обрушенный тоннель перед мостом? Сомневаюсь я, что обвал произошёл там по чистой случайности. Похоже, их правители знали о надвигающейся на город опасности.
— Но никому ничего не сказали, чтобы не допустить паники, — продолжил я мысль, — Вместо этого они обвалили проход, надеясь задержать эту дрянь в тоннелях. Но просчитались. Она нашла другой путь сюда.
— И за их ошибку поплатились жизнями тысячи других, — поморщилась девушка, — Всё как обычно.
— Да уж, — кивнул я, — Меняются времена, меняются декорации, а люди всегда остаются людьми.
Двинулись дальше. Следы вели прямо, к центру города, так что нам оставалось только идти за удиравшим вором и надеяться, что уж он-то знает другой выход на поверхность. Должен знать, иначе бы столько не протянул, ползая по этим катакомбам.
Внезапно вновь послышался хруст и треск оседающей породы, заставивший нас замереть как вкопанных. На этот раз он был громче и гораздо ближе. На мгновение мне показалось, что я расслышал шорох лап, по мелкой гранитной гальке. Но потом снова всё стихло.
— Либо вор пытается взобраться прямо на скалу, — тихо сказала Айлин, подходя ко мне, — Либо кроме нас и его в этой пещере есть ещё кто-то.
— Смотри в оба, — кивнул я, — Особенно за тылами. Если это один из заражённых, он может броситься со спины.
— А что, если не один.
— Будет больше — беги к ближайшему дому. На открытой местности мы ничего не сможем им противопоставить. Но вот если лишим их пространства для манёвра, встречая по одному в дверном проёме — у нас появится шанс.
— Поняла.
Ну хоть в этот раз спорить не стала. Уже спасибо. А вообще, девочка молодец. Понемногу учится различать случаи, когда можно гнуть свою линию, а когда лучше помолчать и послушать, что говорят другие. Хотя всё равно из неё то и дело продолжают вылезать повадки сильной и независимой. Что поделать. Эмансипация, шедшая во внешнем мире последние сто — сто пятьдесят лет, принесла с собой не только плюсы, но и немалое число минусов.