Глава 1
Вертолёт дёрнулся. Не так, как при турбулентности — скорее будто кто-то огромный ухватил его за хвост и потянул назад. Двигатель натужно взвыл, лопасти захлебнулись, и в салоне стало тихо.
Слишком тихо для такой высоты.
— Двигатель встал! — пилот вцепился в ручку управления обеими руками. — Авторотация! Держитесь!
Авторотация. Когда двигатель вертолёта отказывает, лопасти продолжают вращаться за счёт набегающего потока воздуха. Машина не падает камнем, а планирует. Медленно, управляемо, но неумолимо её тянет вниз.
Ключевое слово — вниз!
Вертолёт начал снижаться. Плавно, почти мягко, если бы не одна деталь: трещина оставалась наверху, а мы уходили от неё всё дальше и дальше.
— Твою мать… — пилот сквозь зубы пытался выровнять машину. — Поток слишком слабый. Лопасти еле крутятся!
— Нам нельзя падать! — Маша подалась вперёд, вцепившись в спинку пилотского кресла. Голос у неё звенел от напряжения. — Мы же иначе эту трещину никогда не закроем!
— Скажи спасибо, что мы вообще не как твой метеорит падаем, — огрызнулся Саня. Он держался за поручень побелевшими пальцами, но голос не дрожал. Молодец, хорошо держался.
— Так, хватит! Все успокоились! — я повысил голос ровно настолько, чтобы перекрыть гул лопастей. — Денис!
Парень посмотрел на меня. Бледный, с расширенными зрачками, но собранный. Ждёт команды.
— Организуй большую воздушную подушку. Под нами. Прямо сейчас! — скомандовал я.
Денис сглотнул. Большая воздушная подушка — это вам не поток ветра в лицо тварям. Это несколько тонн сжатого воздуха, которые нужно создать, удержать и контролировать одновременно. В движении. Под падающим вертолётом.
— Давай, — поторопил я. — Мосты были гораздо сложнее! Ты сможешь!
Это была правда. На позапрошлой миссии Денис создавал воздушные мосты между парящими осколками в разломе, по которым мы и передвигались. Эта задача была ещё сложнее, поскольку там площадь больше.
Денис зажмурился. Руки вытянулись вперёд, пальцы растопырились. Воздух за бортом загудел, уплотнился, стал почти осязаемым. Я почувствовал это пространственным восприятием — под нами формировалась толстая, упругая подушка из спрессованного воздуха, почти как батут.
Вертолёт коснулся подушки и мягко просел. Лопасти дёрнулись, замедлились окончательно. Мы зависли в воздухе, опираясь на невидимую платформу. Денис справлялся, хотя на висках у него выступили капли пота, а руки мелко тряслись.
— Есть! — пилот выдохнул, бросив ручку управления. — Какого чёрта, парень, ты мне раньше не сказал, что так умеешь⁈
Денис не ответил. Не до разговоров ему было.
Я выглянул в иллюминатор. Трещина висела над нами — огромная, пульсирующая, с рваными краями. Расстояние… метров пятьсот. Слишком далеко для моих навыков. Мне нужно быть ближе. Намного ближе.
— Денис, — голос мой звучал спокойно, хотя внутри всё напряглось. — Теперь поднимай нас. Обратно, к трещине.
Парень открыл один глаз. Посмотрел на меня так, будто я предложил ему станцевать вальс на минном поле.
— Ты… серьёзно? — пробормотал он
— Абсолютно.
Он стиснул зубы и напрягся. Подушка под вертолётом начала подниматься — медленно, неровно, с ощутимой дрожью. Машина качнулась, скрипнула, но пошла вверх. Лопасти, которые уже почти остановились, снова поймали поток и начали набирать обороты.