Тем не менее, старик не отказал и, потратив полчаса на доставку важных деловых лиц, мы с Маной оказались с ним в машине наедине. Нас он обещал отвезти домой, что и сделал, причем молча. Заговорил он лишь после того, как моя жена скрылась в доме.
— Ну и дело заварилось… — протянул этот пожилой человек, вытягивая из кармана сигарету, — Я такого не ожидал.
— Никто не ожидал, Сакаки-сан, — отозвался я.
— Неужели? — почти сразу, едва прикурив, вскинулся он, — Ты и не…?
— Вы в самом деле думаете, что я бы стал сидеть в бизнес-центре, подписывая бумаги не первой важности, и зная при этом, что Хаттори собрался сдохнуть, забрав с собой в ад всех «надевших черное»? — удивился я, — Вы хоть представляете, насколько теперь жизнь паршивой будет именно у меня?
— Честно говоря, не особо, — пыхнул дымом функционер Специального Комитета, — Думаю, дерьмо начнется у всех нас. Сам-то что делать думаешь?
— Менять страну, — незамедлительно ответил я, — Родня уже за рубежом, туристами уехали, так что сейчас с Маной выпьем чаю, я оставлю её паковать вещи, а сам к вам, в Комитет, писать заявку на загранпаспорт. Впрочем, можно и без чаю обойтись, если вы сейчас на работу.
— На работу да… на работу… — сконфуженно пробормотал Сакаки, о чем-то интенсивно думая, — Но ты бы так не спешил, а?
— Не спешил? — я хмыкнул, — Город стоит на ушах. Через сутки, когда всё начнет успокаиваться, Хаттори нанесет свой последний удар. С того света. И вот тогда за «надевших черное» примутся всерьез. Таких как я будут линчевать на улицах.
Инспектор докурил, прежде чем ответить. Аккуратно и не спеша.
— Так-то оно так, Кирью… — протянул он, — Но ты бы мог помочь. Поправить ситуацию. Поработать лицом.
— Зачем это мне нужно, Сакаки-сан?
— В смысле зачем⁈ — талантливо сыграл непонимание старик, — Чтобы утихомирить всё это! Кирью! Ты представляешь, что сейчас в городе⁈ Что в стране⁈
— Конечно, поэтому и собираюсь улететь, пока есть хоть небольшое окно. Мне нужно заботиться о семье и о жене.
— Нет, — нервно качнул головой мой старый знакомый, — Мы тебе не позволим. Ты нужен здесь! Ты очень нужен сейчас! Как лицо «надевших черное», как знаменитость!
— Попробуйте представить, что я могу сказать в прямом эфире. Что Специальный Комитет силой и шантажом удерживает меня вдали от родных, чтобы я успокаивал массы? Вы забыли, кто я, Сакаки-сан? Что я уже делал? Что я делаю, когда меня пытаются принудить?
Он вспомнил. Совсем недавно также вспоминала и Мотосуба-сан, к которой мы пришли. Мне не пришлось разжевывать женщине смысл её комбинации по оплате моей доли стремительно падающей иеной, так что она вполне согласилась пригласить меня в гости задним числом, а затем еще и устроить рабочую сессию, создав нам с Маной хорошее алиби. Возможно, самое дорогое в мире, если посчитать, насколько ей удалось сэкономить, но я решил не взыскивать с неё недоимку. Взять натурой. Денег всё равно больше, чем достаточно.
А вот Сакаки Эйчиро было сложнее. Старый оперативник питал совершенно бесплодную надежду на то, что ущерб от операции Хаттори можно уменьшить. Поэтому он и хватался за всё, что выглядит как соломинка.