Значит, нужно что? Нанести предупредительный удар. Это сложно, но отнюдь не невозможно. Отвлечь кита раной от охоты за добычей. Интересный план.
Домой я возвращался в несколько приподнятом настроении, исподволь раздумывая — а не радуются ли это японские гены неожиданному повышению социального статуса? Я, конечно, не перестал быть обычным японским школьником, но женатый японский школьник особо не звучит. Генеральный директор — уже лучше.
— В смысле директор? — не поняла меня Эна, зачем-то притащившая барабанные палочки за обеденный стол, — Это как?
— Как в школе, — улыбаясь, пояснила ей Мана, — Директор.
— В смысле босс? Начальник? Старший брат? — хлопала глазами девушка, забыв о лежащей перед ней еде, — Что, серьезно⁈
— Серьезно, — подтвердил я, — Временно, но очень даже серьезно.
— Тебе что, даже визитку можно сделать?!! — реальность медленно поворачивалась к Кирью-младшей ранее невиданной стороной.
— Визитку нельзя.
— Ага!
— Эна. Визитки подают в поклоне, держа двумя руками. Я не люблю кланяться.
— Кха! — первый же кусочек пищи, победно захваченный и запиханный сестрой в рот, покидает его от незапланированного кашля.
Что ни говори, но жить втроем веселее, думаю я, глядя на побагровевшую сестру. Слишком мы с Маной серьезные.
— Братик, не умирай!! — хрипит эта комедиантка, изображая полумертвый вид, — Тебе осталось только президентом стать! А ведь тебе нет и восемнадцати! Куда ты торопишься⁈
— Необходим хороший постоянный доход, — объясняю я с серьезным видом, — Мы с Маной заведем ребенка, а воспитывать его будешь ты. Отрабатывать должок. Помнишь же, что я с вами двумя возился всю жизнь?
Теперь кашляют обе. Весело. Правда, веселье прерывается звонком в дверь.
Что же, нужно идти открывать.
Как только я распахнул дверь, некто весьма компактных размеров, укутанный в серый одноразовый дождевик, тут же прошмыгнул мимо меня в дом. Почти, я успел лишь зацепить пальцами тонкий полупрозрачный полиэтилен плаща, который так-то был слабым на разрыв, но, тем не менее, недостаточно слабым, чтобы разорваться сразу и полностью. Фигурку сбило с ног, а затем она, нелепо размахивая конечностями и что-то хрипя, начала возиться, пытаясь выпутаться из своего, ставшего ловушкой, дождевика.
Я, распознавший голос нежданного и нежеланного гостя, терпеливо наблюдал. Ему удалось справиться как раз в тот момент, когда на непривычные звуки подошли Эна и Мана.
— О, русская! — удивилась моя сестра, — Чего это ты⁈ И волосы черные…
— Внимательнее посмотри на неё, — тихо проговорила Мана.
— Я… — с пола пыталась отскрестись Елена Сахарова, — Ых… подожди… те…
Выглядела она не очень. Грязная, явно давно не принимавшая ванну, если судить по запаху. Несвежая одежда, покрытая пятнами. Потрескавшиеся губы, тени под глазами, тремор пальцев, частое сглатывание слюны… Хммм…
— Акира… — наконец, прохрипела дочь русских миллиардеров, найдя меня взглядом, — Помоги…
— Подняться? — уточнил я, протягивая ей руку.
Поднявшись с моей помощью на ноги, и крупно дрожа при этом, Сахарова выдавила:
— Спрячь меня! Пожалуйста! Моих родителей убили! Меня ищут!