— Актерское мастерство? — удивилась моя жена, тут же глубоко задумываясь.
— Хотя бы курсы стоит посещать, — подумав, перевел я эту шутку из слишком серьезных в просто перспективные, — Почему бы и нет?
— Разве что после школы… — протянула она.
— Эй! После школы Мана моя! — тут же отвлеклась Эна, — Нам учиться играть надо!
— Ну, значит потом, — согласно кивнула ей бывшая Шираиши.
Обойтись без демонстрации талантов было никак, но одна только барабанная партия, выданная моей младшей сестрой, народ не очень впечатлила. Музыкальных фанатов среди нас не было, но вот когда Мана, еще не слишком уверенно держащая гитару, начала подыгрывать бодро выдающей перестуки Кирью-младшей, то большинство ухватили суть музыки. Даже Хидео, встав подальше от Коджимы, слушал с удовольствием. Или, как минимум, с облегчением.
Пойти в школу на следующий день не получилось, вместо этого я попал в офис одной весьма успешной бизнес-леди, арендующей его едва ли не в центре Токио. Компания «Санрайз».
— «Нексу» сдает позиции, Мотосуба-сан, — без прелюдий обратился я к японке лет сорока, сидящей в своем роскошно обставленном кабинете, — Сдает их на пустом месте, без давления конкурентов. Как это можно понимать?
— Мне интересно, как ты это понял, Кирью-сан, — прищурилась женщина, — Объяснишь?
— Стратегия аренды мест под дата-центры, Мотосуба-сан, — пояснил я, — Мы встали в Турции так, как будто неожиданно весь мир перестал принимать японские йены. Или возненавидел «Нексу». Сделать выводы было проще простого.
— Что тут поделать? — кивнув, развела руками женщина, — Мир таков. Американцы, Кирью-сан. Они не собираются пускать нас на свой рынок цифровых технологий.
— Проще говоря, вас тормозят, пока они и Китай изобретают аналогичные системы? — нахмурился я.
— Проще говоря, идут переговоры о покупке «Нексу», — отрубила женщина, — Пока что компанию у нас хочет «отжать» один из цифровых гигантов Штатов, но они надеются сделать это за сущие йены. Мы торгуемся.
— В таком случае, я ожидаю отчислений в объеме, равном спрогнозированному проценту на двадцать лет вперед, Мотосуба-сан, — кивнул я, — Иначе я сделаю свой код общедоступным.
— Кирью-сан, вам хотели заплатить два миллиарда йен и сделать очень выгодное…
— Не интересует. Это мелочи, Мотосуба-сан, вы это прекрасно понимаете. На семью Мотосуба давят политики, как я понимаю, из-за чего предложения о продаже «Нексу» такие… маловыгодные. Скорее всего, вы окупите свои затраты и получите сверху процентов десять, не более. Эта ситуация не выгодна ни мне, ни вам, поэтому я говорю: «Нексу» проданный кому-угодно потеряет в своей актуальности чрезвычайно быстро. Проданный за пустяковую сумму.
Я был удостоен долгого внимательного взгляда, в котором нерешительность боролась с жадностью и, возможно, еще и гордостью. Женщина не хотела отдавать взрывной стартап семьи, находящийся в крутейшем взлете, но понимала, что с такими «врагами» Мотосуба не справятся, они просто известная семья экономистов, а не фигуры власти. А я понимал, что компанию пытаются выкупить за копейки именно потому, что знают, во что скоро превратится Япония. Следовательно, если я переведу «стрелки» на себя, это знатно затормозит процесс продажи. Как минимум.