— К тому же, есть «яркоглазые», да? — задумался я, — Те, кто рожают детей.
— Именно, японец. Женщины в наших семьях тренируются лишь для деторождения, а в остальном занимаются мирскими делами. Дом, деньги, бытовые проблемы и прочие мелочи.
— Мелочи? — тут я слегка удивился.
— Ну конечно, — посмотрел на меня с непонятным выражением лица Ганс, — Мы воины, Кирью. Мы ведем жизнь воинов. Деньги нужны лишь покупать еду и для престижа. Женщины нужны лишь для рождения новых воинов рода. У Старых родов нет времени на… фривольности. Мы живем, пока сражаемся. С собой или друг с другом.
— А, так вот почему ты сдержался.
— Так и есть, — важно кивнули мне в ответ, — Это же тренировка.
— Тогда идём, проверим пределы, до каких вы сможете дойти.
— Только не говори, что ты можешь еще сильнее…
— Кажется, я тебя удивлю раньше, чем планировал.
Девушки ко второму заходу были отчаянно не готовы. Настолько, что почти смогли выдавить из себя просьбу «не делать» этого. Вполне довольный этим, но никак этого не показывающий я лишь указал им на подушки около устраивающегося сосредоточенного Аффаузи.
— Эт-то очень страшно, мистер Кирью! — выдавила бледная как полотно младшая, Анхелита, — Мы можем…
— Боритесь со мной, — перебил её я, — Боритесь с моим воздействием. Выживайте. Вас никто не ударит, не укусит и не убьет, помните это и боритесь. Изо всех сил. Вы будете этим заниматься еще долго.
— М-мы попросим б-брата…
— В следующий раз брат будет сидеть с вами. Вы должны будете справиться лучше, чем он.
— А ему-то зачем? — поинтересовался любопытный Аффаузи.
— Затем, что он начал еле-еле чувствовать Ки, но на этом застрял, начинает привыкать, — откликнулся я, сосредотачиваясь, — Нужно будет выбить его с этой ошибочной колеи.
Новый сеанс, с продолжением. Ганс справляется лучше, чем в прошлый раз, видимо, постоянно твердит себе, что это тренировка, а вот девицы «скисают» еще до того, как я наращиваю воздействие до прошлого максимума. Ничего страшного, впереди их ждет сюрприз. Не сейчас, а после того, как будет закончена тренировка, после того как будут разбужены Джакобо и Диего, после того как им всё объяснят и покажут. Тогда, уже прилично успокоившиеся испанки будут заново посажены на подушечки рядом с двумя парнями… они поймут, что на этот раз будет еще один «забег».
Он будет трудным для всех без исключения, особенно для Джакобо, который выдержит на одной лишь силе воли. Затем, когда все четверо (особенно девушки, вновь потерявшие сознание), немного отойдут, я сообщу им, что вернусь через день. Будет еще одна такая тренировка, но уже серьезнее. Их четверо, двое из присутствующих уже умеют проецировать свою «жажду смерти», так что целых два дня для тренировок — более чем достаточно.
— Ты их убить, что ли, хочешь? — без задней мысли спросил меня Аффаузи, когда я закончил лекцию бледным представителям Старого испанского рода. Спросил прямо там, высокомерно плюя на чувства гордых, но очень, как выяснилось, боязливых испанцев.
— Его — нет, — я показал пальцем на Джакобо де Суньига, затем переведя указатель на сестер, — А вот их…