Атрибута . Настоящие безумцы, конечно. Никто иной не стал бы так рисковать и тянуть до последнего с созданием Средоточия.
Не успела их команда удалиться от места последнего сражения, где посчастливилось Ядро Света добыть, как слова Аркоса парализовали Амазонку ничуть не хуже предыдущей Молнии:
— Флаграна, у нас проблема. Время почти вышло.
Девушка, давно находящая в лёгком полубреду и иногда действующая совершенно бессознательно на чистом упорстве и рефлексах, даже не сразу поняла, о чём говорил парень. Когда взгляд на него перевела, сфокусировала, то увидела, насколько его кожа уже успела окраситься в цвета Камня.
Время и впрямь почти закончилось.
Закончилось неожиданно и некстати, как это всегда и происходит. Бой с Росомахой Света произошёл буквально только что, и тогда никаких следов воздействия Атрибута на Аркосе ещё не виднелось. Хотя и заметь Флаграна их — это всё равно ничего бы не изменило…
На мгновение после осознания душу Амазонки кольнули страх и паника, но, не желая сдаваться им на милость, кое-как отбилась от них и произнесла:
— Значит, стараемся уйти как можно дальше в течение получаса, а после ты — в медитацию, я — на страже, — после чего подошла к парню и руку протянула, отчего-то желая коснуться его щеки. — Справишься?..
— Да, — голос Скалы тоже стал другим: в нём будто слышался зарождающийся гром столкновения камней друг о друга. А вот коснуться себя Аркос не позволил. Мягко, но непреклонно руку девушки остановил: — Идём.
И они действительно пошли, стараясь изо всех невеликих остатков своих сил. Стараясь и надеясь не наткнуться на нового противника… Последнее получилось, а вот силы подвели — надолго их не хватило.
Как и самого Аркоса, что в какой-то момент проскрежетал приговор:
— Всё.
До того побеждённые Флаграной страх и паника снова захлестнули душу, но она тут же снова заставила их бессильно отступить, собрав всю волю в кулак. Причина того, что отчаяние воспряло, была банальна — в месте остановки ничего похожего на надёжное укрытие взгляд не выхватывал, куда бы девушка его не устремляла.
Пока она лишь беспорядочно вертела головой по сторонам, Аркос решил повторить свой прошлый неудачный опыт — принялся карабкаться по стволу ближайшего некогда могучего, но неизмеримо давно мёртвого древа. Делал парень это по-новому: не хватался за ствол и сучья, а вонзал пальцы прямо в них. Вид такого способа восхождения одновременно и завораживал, и тревожил Флаграну. По всему выходило, что Атрибут не просто разукрасил кожу, а уже заставил её окаменеть.
На сей раз Аркосу повезло — старая древесина выдержала. Спуск же прошёл много быстрей подъёма — парень просто-напросто отправил собственное тело в свободное падение с самой верхушки, и только за пяток метров до земли с размаху вонзился в кору изменившимися пальцами. Пропахав в той борозду с метр-два, замер, повиснув на руке, а затем окончательно спрыгнул на саму землю, вырвав конечность из древесного плена.
— Туда, — проскрежетал здоровяк, махнув рукой немного в сторону от того направления, которого они ранее придерживались. Затем, не дожидаясь ответа Флаграны, подошёл к ней и, повернувшись спиной, опустился на колено: — Забирайся. Без возражений.