Снаружи стемнело, и Дилшод, распрощавшись с нами, и пообещав на следующий день ещё раз смотаться с нами в райцентр, чтобы приобрести необходимые вещи, о которых мы забыли, уехал вместе с ребятами.
Мы остались одни. Совершенно одни в глухой деревенской тишине, в нашем старом, добротном доме, пахнущем деревом и печным теплом. Мы стояли посреди большой комнаты, держась за руки, и слушали эту тишину, в которой было обещание нового начала.
— Ну вот, — прошептала Дарина, прижимаясь ко мне. — Мы дома.
— Да, — ответил я, обнимая её. — Мы дома.
Некоторое время мы ещё постояли посреди большой комнаты нашего нового дома, оглядывая груды коробок и ещё не расставленную мебель.
— Ну что, — вздохнул я, — начинаем обживаться? Для начала бы понять, чего нам вообще не хватает.
Дарина окинула взглядом наши скромные пожитки, и задумчивым голосом произнесла:
— Матрасы, наверное, в первую очередь, — сказала она, кивая в сторону спален. — Те, что тут есть, похожи на экспонаты из музея. И постельное бельё. И одеяла. Здесь же ночью, наверное, прохладно… Чайник электрический, лампочки какие-нибудь повесить, а то света мало… — Она замолчала, и по её лицу пробежала тень.
Я знал, о чём она думает. О том, что всё это нужно покупать. А значит — снова светиться в городе или просить Дилшода, который и так для нас сделал уже невозможное.
— Ничего, — обнял я её за плечи. — Составим список, и завтра с Дилшодом всё решим. Сначала самое необходимое.
Но сидеть в четырёх стенах, среди коробок и груза прошлой жизни, нам совсем не хотелось. Воздух в доме был все ещё спёртым, а за окном начинался потрясающий вечер — тихий, украшенный золотом от заходящего солнца, наполненный пением птиц и стрекотом кузнечиков.
— Может, прогуляемся? — предложил я. — Посмотрим, где мы будем жить. И… поговорим.
Взгляд Дарины стал понимающим и она кивнула. — Да, давай. Как раз думала о том, что было бы неплохо немного пройтись…
Мы вышли через кухонную дверь прямо во двор. Трава была высокой и мятой от недавней возни с переноской вещей, что навело меня на мысль о покупке садовой техники…
Воздух здесь действительно был другим — густым, свежим, пахнущим цветущими лугами и дымком из печных труб. Мы прошли через калитку и пошли по единственной улице деревни. С одной стороны тянулись огороды, с другой — такие же, как наш, добротные бревенчатые дома, утопающие в зелени палисадников. Где-то лаяла собака, доносились обрывки негромкой речи чьих-то голос из распахнутых окон.
Мы шли молча, держась за руки, и я чувствовал, как напряжение последних дней понемногу начинает отпускать. Здесь не было того давящего чувства опасности, что висело над городом. Здесь был покой.
Первым делом мы с Дариной обсудили вопрос мобильной связи. Ни для кого не секрет, что при должном желании с помощью мобильного телефона найти человека сможет кто угодно, а нам это было совсем не нужно.
Дарина меня порадовала тем, что по её словам свой телефон она выключила ещё сегодня утром, и больше не включала, а значит завтра надо будет решить вопрос с какой-нибудь сим-картой, и дело в шляпе.