Двое в белых кимоно быстро утащили куда-то пострадавшего.
Остальные присутствующие ещё плотнее сгрудились вокруг ринга.
— Девятое бюро. По большому счёту, я обозначил, что хотел. — Асада, опершись о канаты, посмотрел на полицейских сверху вниз. — У меня в первоначальном плане было что-то аналогичное с каждым из вас. Но если тут даже канаты не держат… м-м-м, а пойдемте-ка на татами.
В течение следующих пятнадцати минут все представители девятого бюро, за исключением Садатоши, побывали в горизонтальном положении на ближайшем ковре.
Кому-то достался удар в голову; кому-то — в печень или сердце.
— Вводная часть семинара закончена! — хлопнул в ладоши слегка запыхавшийся и вспотевший Маса, когда желающие окончились. — Поскольку мы не обсуждали цели предметно, я планировал ограничиться демонстрацией «один на один». Вы все старше возрастом, все сильнее меня физически, а кто-то даже считал — лучше подготовлены функционально. Молчу о нейро-концентраторах. Это вам сильно помогло?
Повисло неловкое молчание, во время которого Рюсэю захотелось покраснеть и провалиться сквозь землю.
Если бы он мог вмешаться или как-то повлиять на происходящее, он бы ни за что не позволил пацану наживать сейчас себе таких врагов — да ещё на ровном месте.
— Вывод, господа! — похоже, хмурые лица не последних представителей иерархии департамента токийской полиции школьника не смущали. — Вы не можете относиться на улице наплевательски даже к тощему пацану!
Короткий групповой вздох на мгновение разорвал гнетущую тишину.
— Если есть ещё какие-то вопросы — задавайте! Кажется, мы уложились вдвое быстрее, чем планировали. — Маса, как ни в чём ни бывало, победоносно смотрел на своего знакомого инспектора.
* * *
— Ничего себе. Ну ты даёшь. — Рюсэй начинает говорить только минут через пять после того, как мы трогаемся с места.
Он ещё какое-то время сопит, словно порывается что-то сказать, но не решается. Затем всё же задумчиво сообщает:
— Я чуть иначе представлял себе мероприятие. Сходу даже не могу дать однозначную оценку тому, что увидел.
— Да брось.
Я слегка вымотался за сегодняшний день, чтобы сказать мягко. В такие моменты честность — лучшая тактика беседы.
— Для тебя этот семинар вообще был сюрпризом. У меня, в отличие от тебя, был план.
— И как? Добился, чего планировал⁈ — он как-то нездорово оживляется, кажется, даже где-то веселится.
— Практически да, — утвердительно киваю. — Правда, я на многое не замахивался.
— Ну-у, теперь я уже точно не могу не спросить: а чего ты добивался⁈ — товарищ с водительского сиденья извлекает из встроенного холодильника банки с шипящим напитком. — На.
Первую он протягивает мне, вторую вскрывает сам.
— Мне кажется, это у тебя глаза разбежались, когда ты оказался в манеже, — смеюсь в ответ. — У тебя только что цифры на лбу не мелькали: как бы с ними со всеми пообщаться.
— Что, было так заметно? — неожиданно смущается.
— Мне — да. Потому что я тебя знаю хорошо. Остальные, скорее всего, отнесли любопытство на счёт необычной обстановки. По крайней мере, косо на тебя никто не смотрел.