— Где? — сказала она с дрожью в голосе.
— Уже ушла. Получила по нежным ушкам акустический удар и смылась, — успокоил ее я. — Можешь спускаться.
— Фууух! — перевела дух она и спустилась со стула.
Ну-ну, ухмыльнулся я. Высший боевой демон, не мигнув рвущий глотки любому противнику и боится мышей!
— Нечего улыбаться! — отрезала она, глядя на довольного меня. — Так была мышь или ты все придумал?
Я ухмыльнулся еще шире.
— Так придумал? — у Лами в глазах проскочил адский огонек, что-то в последнее время нервы у нее ни к черту. — Ах ты…
Меня спас вопль бешеного поросенка, поставленного ею на окончание процесса расшифровки. Она цапнула планшет и, не отключая кабеля полезла внутрь.
— Давай сюда, — сказал я.
— Ага, щас, — Лами проигнорировала мою просьбу.
— Ну?
— Сказать тебе, что гну? Ладно, давай вместе посмотрим, — смилостивилась она и села на диван. — Прыгай рядом.
Я плюхнулся на диван и сразу же пожалел об этом. Пружина впилась прямо в пятую точку.
— Давай смотреть. Обычно в планшете возят то, что надо срочно уничтожить.
— Но это не значит, что у курьера в нем будет что-то ценное. Он же подай-привези, чаще всего с одним-двумя документами.
— Так, папки, документы… ага, нашла! Вот первый, — она вывела на экран документ. — Финансовый отчет.
— И чего там?
— Читай, я вижу ровно то же, что и ты. Какое-то предприятие…
— Научно-исследовательская лаборатория «Формула крови»…
— Ага, — сказала Лами и провела пальцем по отчету. — Самое интересное — внизу.
— … мать! — вырвалось у меня.
— Вот именно, вдовствующую императрицу, или в переводе королеву-мать.
Внизу, где стояли поля для подписей, были две — царственной вдовушки и столь хорошо мне знакомая вычурная банковская подпись Канаверова. Обычные, графические, не электронные. Как все запущено… Или наоборот, чтобы нигде не фигурировало.
— И это получается…
— Что императрица-мать ведет дела с Канаверовым, владея на пару с ним исследовательским институтом. Старая кошелка, похоже, собралась жить вечно и исследует возможность такого рода продления своего бренного существования.
— Чего уж проще, — скривился я. — Подставить дряблую шейку тому же Канаверову, и адью, мон дью…
— Не все так просто, — заметила Лами. — Во-первых, кошелка уже старая и в своем теле ей некомфортно. То есть будет искать секрет омоложения.
— Которого нет, — сказал я. — Старение останавливается в момент превращения, но вернуть молодость невозможно. По крайней мере, я такого способа не знаю.
— Да есть такой способ, — медленно сказала Лами. — Но это надо душу продать моему дядюшке. Сам понимаешь, божественные сущности могут все. Но на короткое время и потом быть у него в рабстве… Бр-р.
Ее аж передернуло. Видимо, родственные отношения у них в семье сложные.
— А во-вторых, — продолжила она, — стать вампиром, будучи императрицей, хоть вдовствующей, хоть какой — не комильфо. Обязательно пойдут слухи, шепотки, компромат в виде фоток и выпитых тел… Так можно и голову потерять в прямом смысле. Свеженькие же хорошо рояльной струной давятся, регенерации такой еще нет…