— Извини, — немного погодя бросила она, — Забыла что тут могут быть шпики на каждом углу и о таких вещах лучше помалкивать. По крайней мере — пока не окажемся за закрытыми дверями.
— Там тоже лучше об этом помалкивать, — хмыкнул я, — У Брегги то тоже есть уши по всему постоялому двору. Очень любопытные уши. А кроме того — это не нашего ума дело, за что там дерётся знать. Я лично в их разборки лезть не хочу, да и тебе не советую. У нас своих проблем хватает.
— Если ты не будешь интересоваться политикой, то политика рано или поздно сама заинтересуется тобой, — возразила девушка.
— Уже заинтересовалась, — я пожал плечами обводя взглядом площадь в поисках нужной вывески. Она нашлась почти тут же. Под небольшой табличкой на которой были вырезаны ножницы и нечто шарообразное, по всей видимости изображающее клубок ниток, болталась вторая дощечка, на которой были аккуратно оттеснены два слова: «Братья Рамье», — Орден, Волки, те непонятные херы, которые тоже пытались нас убить. Нам пока хватит. Не стоит искать новых врагов среди сильных мира сего.
— А как насчёт новых друзей, — заметила Айлин, — При таком количестве врагов нам бы друзья совсем не помешали.
— Не помешали бы. Вот только, нам пока нечего этим потенциальным друзьям предложить. Не того мы полёта птицы. Разве что этот барон… Возможно стоит попробовать наладить с ним контакт. Я бы точно не отказался от такого союзника.
— Да, он довольно милый, — согласилась девушка.
— Дело не в том, насколько он милый, — покачал головой я, — А в том, что он наверное единственный, кто настроен к нам более-менее дружелюбно и у кого в то же время за спиной есть земли и войско.
Звякнул колокольчик. За нашими спинами закрылась тяжелая дубовая дверь.
Внутри оказалось довольно просторное помещение. Рядом со входом располагалась небольшая стойка, на которой расположились чернильница с пером и небольшая конторка с бумагами. Сразу за ней у противоположной стены стояли искусно вырезанные манекены, на которых были натянуты разные элементы одежды. Чёрные бархатные дублеты, расшитые узорами из золотых нитей — по всей видимости последний писк здешней моды. Длинные плащи с капюшонами, подбитые соболиным мехом. Корсеты украшенные кружевным шитьём. Береты с перьями. Шапероны. Перчатки из мягкой кожи. Пояса. И много другой полезной, но наверняка невероятно дорогой мелочи, разглядеть которую не удавалось из-за царящего в комнате полумрака. Свет внутрь пробивался только сквозь несколько узких витражных окошек и его явно не хватало для того, чтобы показать всю красоту собранной тут коллекции.
Где-то в глубине комнаты хлопнула дверь. Из неё показался одутловатый лысый детина, своей внешностью и впрямь очень сильно напоминавший трактирщицу. Тот же чуть крючковатый нос, те же серые, с лёгким прищуром глаза, те же кустистые брови. Он пристально посмотрел на нас, широко улыбнулся и косолапой походкой направился к стойке с конторкой, по пути лишь немного задержавшись возле кованного подсвечника и запалив несколько свечей. Отблески огня тут же заплясали на шёлковой ткани и золотистых нитях. Свет приятным теплом разлился по комнате, не заглянув лишь в самые дальние уголки, куда отступил пыльный, пахнущей мокрой тканью и краской сумрак.