Кога сообразила, что только что поняла один достаточно важный момент, хотя и с опозданием.
— Маса, извиняться не буду, но кое-что попробую объяснить, — она решительно повернулась. — У нас с твоим отцом за время работы выработалось правило: если я считаю, что права, я отстаиваю свою точку зрения любой ценой. Не считаясь ни с какими последствиями для себя лично и не оглядываясь на то, что я ниже него в иерархии.
Пацан издевательски похлопал два раза в ладоши, после чего перевернул правую руку ладонью вверх, словно подбадривая актёра на сцене.
— По инерции, я переношу своё отношение к Ватару и на тебя, — вздохнув, явно сделала над собой усилие Мивако. — В случае с Цубасой, ты просто забываешь еще об одном моменте.
— Внимательно слежу за развитием твоей мысли, — опять как будто куражась, растянул уголки рта гайдзин.
— У меня свои отношения с её старшей сестрой, от которой я могу требовать… Неважно, что, — секретарша перевела дух, вовремя сворачивая лишнюю тему. — Цубаса — продолжение Мию, по крайней мере, лично для меня. А ты пытаешься быть прослойкой между мной и ею.
— Она пришла со мной и ко мне, не к тебе. Мне что, стоять и смотреть⁈ Тем более что ты действительно лезешь не на свой берег, — слегка возмутился. — Так, батя… Вот сейчас происходит то, что я говорил. Ты видишь? Вместо того, чтобы решать с тобой вопрос по твоей женщине, я спорю уже с ней. А ты сидишь, подпер лицо рукой, — Маса явно хотел сказать какое-то другое слово вместо лица, — и нет тебе дела вообще ни до чего. Кроме твоего чая.
— Да, я сейчас немного не в форме, — встряхнулся отец, откровенно выныривая из каких-то своих размышлений. — Значит так. Мивако, молчи. Маса. Она — твоя вторая мать. Пока ты живёшь в этом доме, у тебя нет вариантов гнуть свою линию. Как и сбежать отсюда, — чуть подумав, добавил Ватару. — Считай, что ты имеешь дело с грубой силой. Так понятнее?
— Батя, — тот многозначительно улыбнулся и поиграл бровями.
«Странно, раньше за ним такой мимики не водилось. Или это девчонки из школы на него влияют?» — Ватару усилием воли заставил себя слушать дальше, хотя больше всего хотелось завалиться и уснуть.
— Если ты завел речь о силе, то учитывай все расклады. — Продолжил парень. — Первый вариант. Твой абсолютно русский приёмный сын обращается в ювенальные органы: «Прошу направить меня в приют, с якудзой больше жить не желаю. Есть причина, рассказывать не буду», — Маса явно насладился вытянутым лицом родителя. — Скажи, что будет дальше? Или даже иначе: где будет твоя сила в этот момент?
— Ты не посмеешь, — задумчиво сказал после паузы финансист, которому такой сценарий даже в голову не приходил.
«Он что, вообще от рук отбился⁈»
— Стоп! — видимо, ребёнок что-то прочёл по лицу, потому что в следующий момент поспешно добавил. — Батя, у меня же нет цели поругаться или права покачать! Давай договариваться, как взрослые люди? А не вот это твоё «подчинись силе!». Батя, как насчёт паритета в отношениях⁈
— Давай дадим отцу отдохнуть? — неуверенно предложила со своей стороны секретарша.