— Я бы попросила ответить тебя, — дама, несмотря на откровенную враждебность моей подруги, выбитой из колеи не выглядит.
Только зубы, пожалуй, чересчур сильно сжала. Кажется.
— Меня зовут Кано, слышал обо мне? — видимо, слова красноволосой звонящую всё-таки задели, поскольку в течение одной секунды она и ведёт бровями, и выпрямляет спину, и подпускает во взгляд тепла, а в голос — хрипотцы.
— Психологическая атака, — Цубаса со своей стороны с хрустом впивается зубами в сочное яблоко, которое достает перед этим из моего рюкзака. — Она на тебя феромонами давит. Пфе.
— Уважаемая Кано, я не имею планов общаться с вами. Не имел чести быть представленным, потому искренне прошу вас: пожалуйста, не звоните мне больше.
С этими словами разрываю соединение, а номер заношу в чёрный список.
— Не поможет, — Кимишима, продолжая хрустеть моим яблоком, указывает взглядам на экран моего же смартфона. — У нее сто процентов не то что генератор номеров, а своя базовая станция.
В этот момент дверь в примерочную распахивается, ударяясь в стенку.
— А у нас примерка. — Сообщает набирающему побольше воздуха мужику моя подруга, сидя на скамейке и болтая ногой. — Он гардероб обновляет, мы в процессе. А я яблоко ем.
* * *
— Может, зря ты её послал, — продолжает одноклассница после того, как покидаем спортивный магазин. — Эх ты, — веселится красноволосая. — А ещё молодой гангстер! Блин, теперь любопытство будет терзать меня: а что эта Кано от тебя хотела⁈
— Знаешь, мой личный опыт говорит: никогда не забивай себе голову подобными вещами. Другом её назвать сложно, скорее, наоборот. Жизнь учит: если кому-то её плана что-то нужно от тебя, держись от такого человека подальше как можно дольше. Пусть лучше он нервничает — и собственноручно проявляет свои планы. Заодно, если повезет, может какие-нибудь ошибки сделать.
— Да правильно, чё, — вздыхает она. — В теории. Только любопытство же, ему не прикажешь.
— Ой, а ведь кто-то говорил, что лишнее любопытство происходит исключительно из отсутствия дисциплины разума.
— Говорить — это одно, — картинно дуется Цубаса. — А женское любопытство — это совсем другое… Ладно, какие дальше планы?
— Как договаривались. Сейчас ко мне домой — пожрем. Потом переодеваемся — и на тренировку.
* * *
Мивако пребывала в полнейшей растерянности. Того, что происходило, не могло быть — но оно было.
Возможно, необычность ситуации и сыграла с ней скверную шутку. Увидев на пороге дома Масу вместе с красноволосой, она не сдержалась:
— Ватару опять в суде! Речь о новом заключении, обвинение в убийстве! А ты в такой момент эту *** домой тащишь! — Кога нервно тряхнула волосами в воздухе, имея ввиду младшую сестру своей подруги.
Маса неожиданно закаменел лицом.
— СТОП! — у него на плечах вдруг повисла сама Цубаса. — Бери шмотки, как хотел!
И валим. Пожрем в другом месте.
Ни Ю, ни Нозоми дома, к счастью, не было.
Потому мелкая размолвка, был шанс, останется только между ними.
Извиниться можно будет и потом, это Мивако себе великодушно разрешила: вначале надо дождаться, чем окончится заседание, на котором общественные обвинители сейчас просят ограничения свободы для Ватару.