— Что это вообще за тварь? — спросил я, глядя на растерзанное пулями тело лутокрыса. — В твоем справочнике его не было.
— Я только слышала о нем, — сказала стоявшая рядом Лами. — Но ни разу не видела.
— От монстров?
— Ага, — подтвердила она. — Страшный и большой. По индексу опасности — не меньше десятки, как и пещерники. Но у него есть одна особенность.
— Быть боссом у монстров?
— Нет, это не только у него, — мотнула она головой. — А вот тащить в свою берлогу все, что попадется — да. Я поэтому так его и окрестила. Надо бы посмотреть, что он натащил.
— Да как-то лезть туда не хочется, — зябко передернулся я. — В это говнище-то?
— А ОЗК для кого придуманы? В десантном отсеке валяются, я прихватила пару. Не знаю, с размером угадала или нет, а то еще натрешь себе свои седые…
— Хватит, — скомандовал я. — Пошли одеваться.
Натянув защитный комбинезон, я почувствовал себя увереннее настолько, что сразу ступил в грязь. Точнее, ту адскую смесь, которую ее заменяла.
Наша компашка уже разбрелась по деревне, стараясь во что-нибудь ненароком не ступить.
— Пошли, — Лами пощелкала налобным фонарем. — Батарейки так и не заменила…
— Ничего, минут на десять хватит, а там…
Ее оптимизм оказался оправданным.
Заторы начались уже в сенях, точнее, в том, что от них осталось. Лутокрыс явно не читал санпины по обустройству логова, и то, что валялось под ногами, приходилось откидывать ломом, предварительно отковыряв это от пола. Кости, какие-то мерзкие тряпки и куски непонятно чего… Слава изобретателю изолирующего противогаза! Я представляю, какой духан тут стоял.
— Ну и где его богатства? — я спросил у Лами. — В этом бомжатнике, точнее, крысятнике?
— Откуда я знаю? — огрызнулась она, проквакав через мембрану. — Дальше!
Ну дальше так дальше. Пробившись в донельзя засранную гостиную, я пошарил фонарем. Да, вот тут богатства так богатства… Кучи зловонного мусора навалены тут и там, что только не валяется… Начиная от тушки недоеденного слизарда и кончая вообще не опознаваемым мусором. Тварь срала там, где жрала. И посмотрев на все это безобразие я почувствовал, что никакой мифический лут меня не заставит в этом дерьме копаться.
— Я — пас, — сказал я Лами. — Хочешь — ковыряйся в этом дерьме, меня весь лут мира не заставит это делать.
Судя по выражению ее физии за прозрачным забралом шлема, она тоже не горела желанием все это разгребать.
— Ладно, пошли отсюда, — сказала она, поворачиваясь к выходу. — Кого-нибудь наймем.
— Ищи дурака, — хмыкнул я. — Покажите мне того, кто полезет в эти мусорные кучи. Даже самый затруханный бомжара откажется.
С каким наслаждением я вылез из этой зловонной дыры на солнышко! Как будто в рай попал! Ласковый ветерок, раскиданные трупы монстров по всей площади, в небе сильфы парят… Красота!
Тут уже подсуетился Гатор, подскочив к нам со шлангом и обдав дезраствором с ног до головы. Я скинул надоевшую кожуру костюма и вдохнул зловонный воздух полной грудью.
— Ну и что теперь прикажете делать? — подошел ко мне Берсеньев.
— Что-что… Не знаю, — признался я, оглядев окрестности.