— Это что еще за высер Безодни??? — у меня аж глаза на лоб полезли.
Нарисовавшаяся тварь внешне напоминала крысу размером с бегемота. Только вот с четыремя горящими злобным огнем красными глазами-плошками, а вместо пасти — что-то похожее на помесь акулы и горнопроходческого щита, не спрашивайте почему. Такая вот ассоциация при виде этой мерзкой пачки.
— Босс! — крикнула Лами. — Лутокрыс! Откатывайся назад!
Я начал сдавать назад, хрустя тушками под колесами, а Лами навела прицел на монстра и вдавила гашетку до упора. Тварь завизжала, из нее полетели куски вырванной плоти, но Лами держала гашетку до тех пор, пока не превратила ее в дырявый мешок, из которого потекло что-то вонючее.
Сопротивление монстров было сломлено окончательно. Уцелевшие пытались разбежаться, но упыри добивали их из пулеметов, а некоторых даже по старинке, саблями. Эх, силушка упырская! Раззудись плечо, размахнись рука!
Все, еще через пару минут монстры кончились. Несите следующих!
— Всем отобой, — сказал я в гарнитуру. — Крыжовник, твоя работа.
— Принял, — ответил Берсеньев. — Сейчас буду.
Я бросил плетение Радара, и нашел только пять точек, сгрудившихся внутри церкви. Самые хитрые, видать. Не думаю, что они пришли туда для молитвы.
Рядом затормозил «Экспедитор», обдав бэтр мозгами и дерьмом монстров из-под колес.
— Видишь их? — спросил Берсеньев.
— Да, но не глазами. Внутри церкви. Пятеро целей.
— Что, не хочешь храм божий курочить?
— Угадал, — ответил я. — Я уважаю веру.
— Ладно, отбой. Не пальни там по нам.
Двери джипа открылись, и в грязь выскочили пятеро спецназовцев в «Бармицах», увешанные до зубов стреляющим и режущим железом. Вот в этом и была функция СБшников «Льда» — в случае чего поработать штурмовой группой, если кто-то или что-то спрячется.
— Посмотрим, как они справятся, — сказала Лами, изучая церковь в прицел на мониторе и ища движение в разбитых окнах.
— Ага. Да и им размяться полезно, а то основную работу проделали мы.
— А что там собачки-задолбачки делают? — хмыкнула она. — А то что-то визга и лая не слышно?
— Эрик, ты там? — спросил я в гарнитуру вместо ответа, но услышал лишь глухое рычание. Оборотни веселились по-своему.
Было видно, как ребята Берсеньева приготовились брать храм. Приятно наблюдать работу профессионалов!
Все четко и грамотно, перестраиваются на ходу, внутрь летят светозвуковые гранаты… Бам! На мгновение камера ослепла, избавив меня от недельных «зайчиков» в глазах. Ну а дальше штурмовики вошли внутрь. Было видно только отблески от выстрелов и взрывов гранат.
— Храм чист, — раздался голос Берсеньева. — Потерь нет.
— Ну вот так бы сразу и сказали, — одобрительно произнесла Лами. — Теперь на подмогу блохастым?
— Ага, — я поддал газу и под хруст костей под колесами поехал вперед.
Все было кончено очень быстро. Я стоял на броневике как один из лидеров неудавшегося столетнего переворота, мать его. Нет, перед толпой угнетенных я выступать не собирался. Просто не хотелось пачкаться в том, что сейчас заменяло землю. Потом вовек не отмоешься, и так заляпанный бэтр отмывать.