Я даже перекрасила свои чёрные волосы в золотистый, чтобы никто меня не узнал.
Костюм, маска…
Менять голос не пришлось — мы с Кейдом никогда не разговаривали.
Мы даже не пересекались.
Я наблюдала за ним издалека, в академии, словно за хищником за стеклом.
И… ненавидела. До боли в груди. До дрожи в пальцах.
Я лишь хотела сорвать с него маску. Показать, кто он на самом деле.
И не только он — все они.
Если он не выйдет из комы, это будет означать лишь одно.
Я стану убийцей.
Не мстительницей. Не разоблачительницей.
Просто… убийцей.
12 Глава
Эбигейл
Мне повезло.
Я ушла незамеченной.
Почти никто не смотрел в мою сторону. Будто меня и вовсе не существовало.
Кубок — тяжёлый, холодный, всё ещё хранивший на себе след удара — я забрала с собой, спрятав под пышным подолом платья. Он тянул вниз, словно с каждым шагом напоминал о содеянном.
Охрана Кейда исчезла. Просто… исчезла.
Его друзья продолжали смеяться, пить, наслаждаться вечером.
А всем остальным было всё равно.
Даже у огромных ворот — тех самых, где меня встречали подозрительными взглядами, — больше никого не было. Ни охраны. Ни вопросов.
Едва оказавшись за пределами территории, я побежала.
Мне даже в голову не пришло вызвать такси. Слишком страшно.
Страшно быть пойманной с орудием возможного убийства Кейда Везерфорда.
Слишком страшно — объясняться. Смотреть людям в глаза. Ждать приговора.
Я бежала, не останавливаясь.
Ночь ещё не была глубокой, но луна светила слишком ярко.
Целый час я шла через лес.
Лес, отделявший поместье Везерфордов от города.
Лес, делавший их жизнь уединённой… почти нереальной.
Окружённые деревьями и рекой, они жили словно вне закона, вне людей, вне последствий.
И только когда я добралась домой, я заметила кровь на своих пальцах.
Несколько капель.
Чужой.
Его.
— Дай пульт, сестрёнка. Серьёзно… Ты чего зависла?
Голос брата грубо вырывает меня из воспоминаний.
Я смотрю на него. Всматриваюсь в знакомые черты. Вспоминаю, через что нам пришлось пройти.
И жалость к принцу Везерфорду окончательно умирает.
Он это заслужил.
Если бы он не пытался удержать меня силой.
Если бы не лез. Не пытался…
Он был бы целым и невредимым. Пострадала бы только его репутация — но не голова. Не жизнь. Он не лежал бы сейчас в коме.
И обо мне не говорили бы, что меня нужно сжечь на костре.
Обо мне…
Они не знают, кто я.
Но ненавидят. Проклинают. Жаждут расправы.
А если узнают…
Господи.
Я даже не хочу представлять, что будет, если это случится.
Возможно, это паранойя.
Но в последнее время Илай Тейлор — высокий блондин с холодной улыбкой — и Алекс Флетчер, мрачный шатен с тяжёлым, цепким взглядом, смотрят на меня иначе.
Слишком долго. Слишком внимательно.
Будто знают.
Мы несколько раз пересекались в столовой.
Алекс «случайно» задел меня плечом, когда я несла поднос к своему столику — тому самому, где я всегда сидела одна и обедала.
Он не извинился.
А Илай…
Он лишь улыбнулся.
Медленно.
Дерзко.
Светлые волосы, небрежно уложенные, и уверенность человека, привыкшего выходить сухим из воды.
Ни единого слова.