А это точно батя⁈ Я просто остолбенел, и сердце учащённо забилось. Тут лишь один вариант.
— Ты приносишь только несчастья, мелкий ублюдок, — взвизгнула маман, покрепче хватаясь за вилку.
Я поднялся, и батя сразу же вскочил, захрипев:
— Сидеть! Ты, никчёмная мелкая тварь!
Он воткнул нож в столешницу, затем вытащил его, когда я уже был у двери.
— Иди сюда, говнюк! — вновь истерично взвизгнула маман, глаза которой уже залила тьма.
Батя швырнул в мою сторону нож, и я успел поставить водяной щит, заморозив его. Нож ударил в защиту, застревая в ней.
Чёрт! Батин взгляд стал таким же — чёрным, как смола. Достаточно было сконцентрироваться — хотя в такой ситуации это бы сделать ох как непросто — и я увидел тёмные призрачные щупальца, которые влезли моим родителям в головы. Ими управляет Ктулху! Точнее, конечно же, Шувалов.
Я мог бы остановить родителей своими питомцами, которые уже собрались возле меня. Да один Акулыч мог разорвать их на части. Но всё-таки это батя и маман, уже родные мне люди. Которые, я уверен, уже скоро вернутся в прежнее состояние. Я себе не прощу, если причиню им вред.
Сейчас следует просто уйти в безопасное место. И срочно. Потому что и в коридоре стало шумно, а в дверь начали бить со всей дури. Дверной косяк затрещал. Видно, много там собралось зомбированных.
Ещё в прошлом мире, зачищая Шумерский Архипелаг от зомби — которые были поразительно похожи на этих — я насмотрелся, как они пробивали стальные двери. А деревянные дома просто разносили в щепки.
Поэтому пять сантиметров древесины против разъярённой одержимой толпы — я вас умоляю, это дело пары секунд!
Маман в это время кинула в меня какую-то дорогущую вазу. Я увернулся, и та разбилась о стену. Так же ушёл и от батиной руки, которой он хотел схватить меня за шею. Просто отпрыгнул назад, прижимаясь к громыхающей двери.
Надо мной показалась чья-то рука, пробившая дверь. На меня посыпались щепки. Пальцы схватились крепкой хваткой за мои волосы, прижали к двери.
— Попался, сучонок! — безумно оскалился изменённый батя. Маман ухмылялась, приближаясь с двумя вилками к растерянному Акулычу. Тот встал у неё на пути, защищая меня. Я вовремя приказал ему и питомцам не трогать родителей.
Батя совершил в мою сторону прыжок. Но не успел достать.
Я ведь тоже прыгнул, только на змейке. И подальше от этого беспредела. Очутился на том поле, где ещё недавно тренировал своих питомцев. Затем появились Кузьма, Регина, Рэмбо, Акулыч.
— Вытащи, — показал я Акулычу на грудь в районе ключицы. — У тебя там вилки.
Да ему вообще пофиг, оказывается.
— О, действительно! — Акулыч нащупал рукой рукояти столовых приборов и вырвал их. Посмотрел на окровавленные зубья, затем на ранки, которые уже начали затягиваться. — А что это с твоими родичами? Они какие-то сердитые.
— Сердитые, — хмыкнул я. — Зомбированы они. И многие во дворце, насколько я понял. Ктулху…
— Это вон тот?.. — Акулыч приложил руку ко рту и зашевелил пальцами. Я ему рассказал на досуге о своей увлекательной экскурсии в поместье Шувалова.
— Он самый, — кивнул я.