— Про это я знаю, — проговорил Андропов. — Это старые ставки. Сейчас выше. А Алиев Азербайджан для своих людей зачищал, а не ради торжества закона. Поэтому и не судил ни кого. Восток — дело тонкое.
Я посмотрел на Андропова, скривив лицо в улыбке и усмехнувшись.
— Вот поэтому я и не хочу заниматься бесполезной работой.
— А как бы ты работал? Какая работа, по-твоему, не бесполезная?
— Деньги надо выводить! — вдруг сказал я. — Золото партии перепрятывать! Апотом на него, когда развалится СССР, строить новую Россию.
Андропов некоторое время смотрел на меня с любопытством.
— Значит, мы всё делаем правильно, — вдруг сказал он. — Поэтому, чем хуже, тем лучше.
— Ха! — отреагировал я и вспомнив, проговорил, картавя, — «…усилиями Керенского и помещиков-кулаков, говорящих: после нас хоть потоп, страна доведена до того положения, что говорят: чем хуже, тем лучше».
Я ждал реакции Андропова, но не дождался.
— При этом Ленин, между прочим, подчёркивал, что в капиталистическом обществе у каждого кризиса есть свой выгодоприобретатель, и эта формула отражает логику буржуазии, а не его личной позиции.
— В данном конкретно случае мы не говорим: после нас хоть потоп. Мы пытаемся хоть что-то делать.
— Мы, это кто, извиняюсь? — спросил я, «сделав лицо».
— Мы — это мы. Ты и я.
— Хм. Ты и я, и мы с тобой, — хмыкнув, проговорил я и усмехнулся.
Помолчали.
— Кадры надо воспитывать, Миша, — вдруг сказал Юрий Владимирович.
— Э-э-э… Так я и воспитываю. Хочу секту создать.
— Секту⁈ — удивился Андропов.
— Именно. Есть такой японец Накано Митиоми. Он создал стиль, основанный на учении Бодхидхармы о необходимости железного здоровья, несгибаемого духа и миролюбивого характера для достижения просветления. Он утверждает, что только практика боевых искусств, дыхательно-медитативные упражнения, познание истинной сути буддизма и применение его принципов в повседневной жизни позволяют обрести эти «три сокровища».
— И как ты это видишь?
Андропов даже не спросил «зачем» мне секта. Хотя в контексте задачи «воспитывать кадры», этого и не требовалось.
— Всё просто. Поеду в Японию. Пообщаюсь с мастером. Он болеет уже. Я его исцелю. Покажу свою технику и искусство врачевания. У них там дают работу с энергией «ки» и воздействие на энергетические точки. Я знаю этот стиль. Занимался им. Накано возведёт меня в высший ранг просвещённости и позволит открыть школу в СССР. Буддизм у нас не запрещён же?
— Не запрещён. А как же твоё православие?
— Буддизм — это в первую очередь философское учение, цель которого — направить человека на поиск истины, выхода из сансары, осознание и видение вещей такими, какими они являются.
— Но в буддизме нет понятия бога, то есть это атеизм, но в смысле «не-теизма», поэтому если и относить буддизм к религиям, то это нетеистическая религия.
— Смотря как на это посмотреть, прошу прощение за тавтологию. Я знаю, как к этому правильно подойти.
— Хм! И как же? Мне просто самому интересно.
— Буддисты концентрируются на себе, а Христос в каждом человеке. Вот вы знаете, что молящийся христианин должен концентрировать своё внимание на месте внутри себя в районе даже не сердца, а желудка?