Из «Карт» тоже порядком повыдёргивали страниц, но нужная, как ни странно, оказалась на месте: тонкая зелёная ветка железнодорожной линии петляла среди островков зелени и синих ниточек рек, в конечном счёте прорывая пунктирную линию вдоль которой тянулась надпись «Чернополынь» и заканчивалась, врезаясь в жирную точку города с лаконичным, однако весьма говорящим названием – Острог. Далее, западнее города, за рядами сложных геометрических фигур, которые, очевидно, символизировали каторжные сектора, вся карта была заштрихована и залита тёмно-бурым цветом, точно картограф неожиданно споткнулся пером об бумагу и шлёпнулся в лужу, поверх которой написал аршинными буквами «Великая Хлюпь».
…Давным-давно, ещё в те бойкие времена, когда Первый Квадриптих пряниками и пинками тащил слегка обалдевшее человечество в очередное Прекрасное Далёко, Моргана Благая издала закон, отменяющий смертную казнь. Мерлин, немного подумав, неожиданно согласился с подобным пацифистским жестом, однако слегка видоизменил конечную редакцию закона: под «вышку» теперь попадала только и исключительно знать, а коррупция в особо крупных приравнивалась к особо тяжким и, соответственно, влекла за собой весьма печальные для знатных господ последствия. Артур-Зигфирд объяснил свои поправки так: за кражу мешка картошки кое-где могли и голову снять, а вот если какой-нибудь принц Фанфан украл караван с золотом, то за это и медаль могли дать– смотря сколько означенный принц отвалил бы судьям. С этим веками освящённым обычаем пора было заканчивать, и Моргана не стала упираться (в отличие, понятное дело, от разрозненных на ту пору кусочков будущего Королевства, но при Мерлине знать особо не баловала, особенно когда головы-таки полетели с плах).
В общем, всё выглядело как нельзя лучше, но новый закон не решал проблему осуждённых за убийство, насилие и прочие мерзости рецидивистов, которые раньше отправлялись в крепкие умелые руки заплечных дел мастеров. Поэтому Артур-Зигфрид подумал-подумал, и создал Объект 22: каторгу в самом центре чернополынских топей, где вчерашние смертники работали в шахтах добывая столь необходимые Белой Башне «горячие руды»: породы с высоким содержанием урана.
То, чем когда-то занимался палач, теперь делал газ радон: теоретически на Объекте 22 можно было отмотать свой срок до конца, однако практически на свободу оттуда выходили лишь единицы (да и те наслаждались вновь обретённой свободой не слишком долго). Желающих бежать практически не было: новую каторгу получившую в миру название «Чёрный острог» окружали непроходимые топи. Справедливости ради стоит отметить, что побеги на Объекте 22 всё же, случались, и некоторые из них даже оказывались удачными, но их количество и частота были пренебрежительно малы.
Шли годы, тихо ушёл со сцены Квадриптих, передав власть компетентным заместителям, а они, как водится, передали эту саму власть заместителям совершенно некомпетентным. Никто не понимал зачем на столь строго охраняемой каторге добывают какие-то непонятные серые камни. Однако бесплатная рабочая сила оставалась бесплатной рабочей силой, и на Чернополынь пришли алхимики.