– Он имеет в виду, – Артур-Зигфрид, резавшийся в преферанс с Мартой Бринн прямо на кухонном столе тут же встрял в разговор, – что из коробки черти имеют склонность исключительно к деструктивной деятельности. Но её тоже можно использовать с умом: хороший демонтажник – он на вес золота.
Фигаро, уже несколько привыкший к манере речи Мерлина и его словечкам, понял, что «из коробки» означает «как есть», «в фабричном виде». Он хмыкнул и спросил:
– А переучить его можно?
– Можно, – кивнул Артур с благостным выражением лица (ему шла просто отменная карта), – но методы вам не понравятся, поскольку вы не приемлете насилия над личностью. Поэтому – экспериментируйте. Метод научного тыка никто не отменял.
Очень быстро выяснилось, что Терентий отменно режет овощи на кухне, шинкует капусту и способен извести тараканов в доме лучше любой алхимической морилки. Также чёрт прекрасно справлялся с уборкой, выведением застарелых пятен на креслах и коврах, а также, как это ни странно, со счетоводством, бухгалтерией и прочей бюрократической канителью. Терентий всего за одну ночь привёл в порядок все бумаги в ресторации тётушки Марты «Сытый Квазит» проявив такую сноровку в бумаготворчестве и столь глубокое понимание юридической стороны вопроса, что столичные крючкотворы точно полезли бы в петлю, если бы им пришлось конкурировать с чёртом на рынке труда.
Артур, глядя на то, как Терентий лихо орудует пером и молотит хвостом с зажатой в нём печатью по бумагам, лишь хохотал, утирая слёзы умиления.
– А чего вы, Фигаро, хотели? Вообще неудивительно, знаете ли. Увеличение энтропии в чистейшем виде как есть… Ой не могу, па-ха-ха-ха!
А ещё Терентий обожал есть.
Его псевдофизическому телу требовалась пища, но технически чёрт вовсе не нуждался в постоянном питании. В теории, он вообще смог бы обходиться без пищи столетиями, но на практике дело обстояло совершенно иначе.
Чёрт лопал всё, что было дозволено: он уплетал овсянку с водой, чёрных хлеб и балык с икрой с одинаковыми восхищением и жадностью. Красть пищу он не мог; еда Терентию нужно было предложить – фактически, с точки зрения демонологии, это была жертва – но то, что предлагалось, долго перед чёртом не задерживалось, отправляясь в его бездонную пасть. Но это правило не распространялось на водку: найти бутылку и нажраться в свинью Трентий мог безо всякого разрешения.
Ни следователь, ни постоянно вертевшийся рядом Артур, ни, само собой, тётушка Марта не скупились на съестное для чёрта, и Терентий, отъедавшийся за столетия вынужденного поста, был готов буквально выскочить из шкуры вон, чтобы угодить своим новым знакомцам (в первую очередь, разумеется, «хозяину Фигаро»). Что же касается самого следователя, то он никак не мог определиться с тем, как именно ему должно относиться к этому хвостато-рогатому существу. Будь он демонологом, обладание своим личным чёртом, вероятно, чувствовалось по-другому, но Фигаро-то был «чертогоном» из ДДД. Оставалось только завести ручную Буку и выгуливать её по утрам.
Сейчас, глядя на то, как Терентий, облизываясь, глотает пиво из кружки, следователь только покачал головой, усмехнулся и принялся за жаркое – на удивление неплохо приготовленное.