– Но ведь надо что-то делать. – Фигаро злобно почесал нос. – Или легализуйте уже всё к дьяволу, да и дело с концом. Как при Квадриптихе.
– При Квадриптихе у граждан не было столько возможностей злоупотреблять. – Мерлин мечтательно вздохнул, пыхтя трубочкой. – Опиум был крайне редок, гашишем интересовались только на Востоке, а алхимики, в основном, пытались сварить философский камень. Мир был проще. Это сейчас у господина Шмульки есть старая калоша, коробок спичек и днище от бочки, а он взял и накурился. Но Фигаро прав, куратор: что-то делать со всем этим надо.
– Мы и делаем. – Ноктус пожал плечами, и принялся взбивать высокую подушку в снежно-белой наволочке.– Во-первых, мы сильно осложняем жизнь производителям контролируя прекурсоры и постоянно атакуя линии поставок. Ну, не Отдел конечно; я имею в виду государство и соответствующие службы. Во-вторых, мы делаем так, чтобы конечному потребителю было максимально сложно найти и приобрести дрянь, которая ему нужна. Просто Чернополынь… Ну, я уже объяснял, в чём тут соль.
– Кстати,– Артур поднял палец, – вы в курсе, куратор, что здесь, на Чернополыни, алхимики совершили маленькую революцию? Я тут по случаю купил местной «синьки». Так вот: в ней вообще отсутствует растительный компонент. Никакой больше полыни крестоцветной. Судя по результатам анализа, теперь эту штуку варят из…
– Синильной кислоты и бензина. – Голос Ноктуса был совершенно спокоен; он, наконец, привёл подушку в приемлемое состояние, положил на неё голову и сунул в уголок рта маленький ртутный градусник.– Знаю. Эти изменения вышвырнули из цепочки поставок целую кучу подпольных ботаников. Но синильную кислоту проще контролировать; это опасное вещество, которое сложно получить в нужных объёмах в сарайчике за домом. Мы видим кто, где и сколько закупает, куда идут отправки и поэтому легко находим даже таких посредников, о которых ещё вчера не знали ничего. Видите, нет худа без добра, и плоды индустриализации далеко не всегда липкие от мазута и воняют креозотом. Но мы отвлекаемся. Вы упомянули хижину в лесу – именно в ней прикончили Хонти. Проверьте её. Если там опечатано – плевать; снимайте защиту. Я знаю, господин Мерлин, вы такое любите… Но я решительно отвергаю идею не посвящать в ваши планы Эмеральда Нота. Напротив: пусть расстарается и организует вам плавсредство и сопровождение.
– Но если Нот…
–…если Нот замешан в том, что случилось с Хонти,– в голосе куратора появились жёсткие нотки, – он наверняка попытается вас убить. Ну, или ещё как-то саботировать ваш поход в Великую Хлюпь. Тем самым он себя выдаст и у вас на руках будет очень веский аргумент в пользу моей идеи задержать этого засранца и забраться к нему в башку, вытащив наружу всё, что Нот там прячет. Если бы не его важность для столичной богемы и не прямые указания сверху я бы давно так и поступил. Но мы вынуждены обхаживать эту сволочь… до поры до времени.
– У нас будет прикрытие?
– У вас будет Артур-Зигфрид. Который в одиночку может управится с половиной опергруппы Отдела.