– Это да, да только вряд ли Нот самолично станет прыгать на нас из этих ваших кустов… Кстати, вы обратили внимание на его оговорку? Ну, насчёт места, где мы вчера рыбачили? Он за нами следит и не краснеет.
– Не уверен, что это была оговорка. – Фигаро попрыгал в центре комнаты поднимая в прыжке руки, тем самым поставив условную «галочку» в пункте «сделать утреннюю зарядку». – Он именно что не краснеет, демонстрируя нам, что помощь помощью, а мы всё равно у него под колпаком. Но это на самом деле хорошо: раз демонстрирует, значит, не догадывается, кто мы на самом деле такие. Перед инквизиторами или ОСП-шниками он бы так выкобениваться не стал… О! Вы перемыли всю посуду! Искренне благодарю. Я ненавижу мыть посуду.
– Вот ещё! Скажете тоже! Я её разбил, а потом из осколков сотворил заново, но уже чистой. Я тоже ненавижу мыть посуду… Ладно, давайте завтракать и постепенно собираться. Предлагаю взять с собой все наши вещи, а то мало ли, что нам там, на этой Хлюпи, может понадобиться.
– И удочки!
– И удочки, само собой… Кстати, Фигаро, а как ловят краба? Не на крючок же?
– Справедливости ради хочу отметить, что крабов иногда поднимали крючком – случались и такие эксцессы. Но это единичные случаи, забавные оказии, не более. Крабов ловят ловушками или руками.
– В смысле – руками?
– Вы пока собирайтесь, а я быстренько побреюсь, и всё вам расскажу. В общем, если вы не собираетесь заготавливать крабов в промышленных масштабах – а мы не собираемся, верно? – то ловушка станет нашим первым и самым лучшим выбором. Ловушки бывают нескольких видов…
Причал номер один оказалось не так сложно найти, как идентифицировать. Он, действительно, находился совсем рядом с озерцом, где следователь и колдун вчера рыбачили, но называть его «причалом», пожалуй, было перегибом: тихая излучина реки, где в пятне зелёной ряски зачем-то торчал одинокий ржавый буй, импровизированная пристань являвшая собой дощатый настил к которому канатами были привязаны старые драные покрышки, несколько утлых лодочек привязанных к деревянным столбикам (Фигаро постоянно забывал, как эти столбики называются), да деревянная теплушка над которой болталась криво прилепленная доска с меловой надписью «Администрация».
Во всём, что так или иначе было связанно с кораблями и мореходным делом следователь понимал примерно ничего, путая киль с утилем, однако сама по себе морская романтика была ему вовсе не чужда, путь даже здешний водоём больше напоминал очень большую лужу, которая к тому же, малоприятно пахла. И всё же, Фигаро манили к себе таинственные ящики на пристани, закрытые брезентом силуэты загадочных плавсредств, что точно выброшенные киты спали на берегу тяжёлым сном, манил тяжёлый дух торфа и болотных газов, что пузырьками поднимались откуда-то из-под стоялой чёрной воды, и даже ржавый фонарь за каким-то чёртом прилепленный почти на самом берегу казался следователю невероятно загадочным. К тому же над водой, несмотря на полуденный час, плыли клочки холодного серого тумана, что только добавляло в общую картину мрачной романтики. Здесь, на берегу, было очень просто поверить, что где-то там, в непролазных зарослях, на поднимающихся из-под воды кочках похожие на жаб существа творят жуткие ритуалы. Даже вопли козодоев при должной живости ума можно было принять за крики терзаемых болотными шаманами жертв.