— Дело в том, — начал я прокашлявшись, — Что мы ещё очень плохо разбираемся в ваших обычаях. Нам… посоветовали сделать соответствующие изменения в образе… Дабы избежать инцидентов, вроде того, что произошёл утром.
— Правильно посоветовали, — ухмыльнулся в усы барон, — Жаль только, что не объяснили смысл этих ритуалов. А то, что вы прибыли издалека и что не знаете наших обычаев, уж простите мою бестактность, видно сразу. Странно даже, что у вас не нашлось никого, кто мог бы вам их объяснить. Но, думаю, вы не будете против, если это сделаю я. Правда сначала позвольте прояснить два момента. Первый — как имя вашей прекрасной спутницы. Второй — откуда вы.
— Айлин, — представилась девушка, — А за комплимент благодарю.
— Ну что вы, мадмуазель, этот комплимент пустяк. Малая часть того, что можно принести в качестве извинений за унижения…
— Проехали, — отмахнулась рукой девушка.
— Не понял, — удивлённо уставился на неё барон, отставив в сторону кубок, — Как вы сказали. Про…
— Забудем об этом, — пояснила ему Айлин, — Тот инцидент произошёл из-за обоюдного недопонимания. Я, не зная ваших обычаев, оделась так, как это принято у женщин в моих краях, а ваш сын принял меня за одну из местных работниц.
— На вашей родине женщины все так одеваются? — хмыкнул барон.
— Большинство, — подтвердила девушка, — По крайней мере из тех, кому есть что показать.
— Благословенное и проклятое место, — покачал головой Байран, — Благословенное, потому, как мужчины могут вдоволь любоваться женскими прелестями, проклятое — потому, что я не представляю, как они вообще могут при этом думать хоть о чём-то другом.
— Большинство и не может, — едва слышно кашлянула в кулак Айлин.
— Вот как… — слух снова не подвёл барона, — В таком случае удивлён, что ваша страна до сих пор существует. Или, быть может она распалась и вы беженцы?
— Пока ещё нет, — возразил я, — Но да, мы что-то вроде беженцев.
— Как бы там ни было, — барон снова взял кубок и отпил из него вина, — Мы снова отклонились от темы. Так вот, позвольте просвятить вас, сир Генри, а заодно и моего нерадивого сына, который то ли прогулял этот урок, то ли спал, когда учитель ему втолковывал, касательно дуэлей. А точнее, рассказать об их правилах. К сожалению то, что случилось у вас нельзя назвать ни дуэлью, ни даже пародией на неё. Более всего это походило на пьяную драку между двумя мужиками, которые бабу не поделили.
Айлин раздражённо фыркнула. Она всё ещё не привыкла к тому положению, которое в этом обществе занимали незамужние безродные женщины. Где-то на уровне ничейного табурета в таверне, на который может сесть любой мимо проходивший пьянчуга. По крайней мере те из них, за спинами которых не стояла многочисленная родня, способная согнать и как следует отметелить этого самого пьянчугу.
— Прошу прощения, мазель, — барон вновь едва заметно наклонил голову, — Но сравнение, самое, что ни на есть точное. По той простой причине, что они нарушили все правила проведения подобных мероприятий. Самое первое, что следовало сделать — позвать городскую стражу, дабы она засвидетельствовала, что это не разбойное нападение и не смертоубийство по пъяне. Затем следовало вознести молитву троим. Ибо каждая дуэль — есть суд божий меж людьми. После — при свидетелях обговорить условия. Так уж повелось, что тот кто вызывает выбирает тип поединка. До первой крови, до первого падения.