— Это Долфин пирс, — сказал Хироси Инагаки. — Тут глубина около десяти метров. Я говорил капитану, но он решил перестраховаться. А чего перестраховываться когда сюда другие суда швартовались под уголь. Вон, видите, конвейеры?
Здесь и на острове всё было из бетона. С Долфин пирса на остров шёл переходной, примерно полутораметровой ширины, металлический мостик с металлическими трубами-поручнями, по которому мы вышли на бетонную площадку.
Хироси Инагаки показал на другие «тумбы» в море, на которые опирались крытые загрузочные транспортёры-конвейеры, начинавшиеся на острове.
— Подвижные, — подумал я. — Выдвигаются, когда судно пришвартуется. Наш сухогруз как раз встанет под оба. Так и рассчитаны расстояния между трюмов.
— Точно встанет, — согласился я. — Вон там — однозначно.
— Да, пусть смотрят, — махнул рукой Хироси Инагаки. — Пошлите, я вам что другое покажу.
Он повёл нас по бетонной дорожке, шедшей вдоль бетонной, круто наклонной, почти вертикальной, словно замковая стена. Мы прошли мимо пятиэтажного бетонного корпуса какого-то, вероятно когда-то жилого, здания, оставшегося слева. За ним была «живая» территория, на которой росли трава, деревья.
— Ух ты, — сказала Тиэко. — Красиво. Тут даже есть земля.
— Здесь и была земля, — сказал Хироси Инагаки. — Вон, видите, скала поднимается, а по ней лестница. Между домов.
Бетонная лестница поднималась на самую скалу между многоэтажными, тоже похожими на жилые, домами.
— А где же шахта? — спросил я.
— Устье на самой вершине. У подножья не рискнули ставить. Штормами бы разбило. А шахта под землёй. Потом брали из скалы щебень и отсыпали остров. Почти сто лет добывают здесь уголь. Остров увеличился в десять раз. И дальше возле побережья Кюсю есть острова с угольными шахтами. Ещё рабочими. Эта самая старая.
Жилых зданий было много.
— Это сколько же здесь работало шахтёров⁈ — удивился я.
— Там под землёй настоящий термитник. Здесь ещё несколько горизонтальных проходов в штольню есть, но вертикальный один. А под островом целый лабиринт. На глубину шестьсот метров уходят уровни. И это диаметр «шара».Представляете?
Я представил и обомлел.
— Нихрена себе! — вырвалось у меня.
— Хотят взрывать, — сказал Хироси Инагаки. — Нижние уровни уже затоплены. Воду перестали откачивать.
— Вы нас в шахту не собираетесь спускать? — насторожилась Тиэко. А то я знаю вас. Наслышана.
— Нет-нет! Что вы! Мы здесь в горизонтальных проходах поснимаем, а затопление в бассейне устроим. Здесь побегаем немного, постреляем, повзрываем. Нам разрешили. Всё равно тут взрывать всё будут. По крайней мере — шахту. Очень многие сюда хотят попасть. Любители экстрима…
— Пошлите, покажу места съёмок.
Мы пошли. Поднялись наверх к маяку и к «устью», как Хироси Инагаки назвал вход в вертикальную штольню с клеткой и устройством её спуска-подъёма.
— Работает? — спросил я, показывая на клетку.
— Работает. Надо только запустить генератор. Но пока не будем шуметь. Красиво, да?
Мы стояли на самой вершине скалы на видовой площадке. Вокруг нас раскинулся мёртвый бетонный город, а за ним море. Тут действительно работало очень много шахтёров.