— А может быть ещё ниже другой коридор выходит на угольные штольни? — высказала предположение Татьяна Макуха.
— Молодец, — подумал я и вспомнил. — Юристом хорошим будет.
— Если здесь ничего не найдём, пойдём туда. Сейчас нам воду нужно найти. Питьевую. Если здесь есть жилые или рабочие помещения, может быть и вода есть?
— Откуда ей быть? — сказал Хироси Инагаки. — Здесь опреснители работали. Насосы воду качали из баков. Сейчас наверняка всё отключено.
— Не факт, не факт, — задумчиво сказал я. — Сюда вода, скорее всего, подавалась сверху самотёком, и могла остаться в трубах. Вот эти трубы нам ни нужно найти. Без воды будет сложно.
— Если нас поймали в ловушку, могут здесь и оставить, а значит, вода здесь точно есть, — сказала Тиэко.
— А наше судно! — вдруг воскликнул Милюков. — Они же должны нас хватиться! Они видели, куда мы пошли?
— Вряд ли, — сказал я, покрутив головой. — Станут искать и не найдут. Мы ушли в одну сторону, а вышли с другой. Да и дверь эта… Кто поймёт, что мы за ней?
Ольга тихонько заскулила.
— Всё! Пошли! — сказал я.
И мы пошли. Лампы не светили ярко. Наверное, напряжение было ниже положенных ста десяти вольт.
— Думаю, они тут пользуются электричеством, подаваемым с Кюсю, — сказала вдруг Тиэко. — До него всего-то две с половиной мили. А значит, и оборудование может быть до сих пор запитано. Лифт, например.
— Наверное, так и есть, — сказал я. — У нас ближайший к Хоккайдо остров Курильской гряды, Хабомаи, кажется, многие годы после второй мировой войны снабжался электроэнергией по подводному кабелю.
Хироси Инагаки тяжко вздохнул. Тиэко сделала мне «большие глаза» и я понял, что своими словами расстроил режиссёра. Мы с ним спорили на свадьбе на эту тему, а я забыл. Я пожал плечами.
— Это не Хабомаи, — вдруг сказал Инагаки. — Кунашир. На нём наш аэродром был. Хабомаи — совсем маленькая рыбацкая деревушка. Там никогда не было элктричества.
Инагаки немного помолчал и добавил.
— Я родился там.
— Ну, и ладно, — подумал я и задумался о насущном.
Было душновато, и вдруг подумалось, что вентиляция может и не работать. Особенно если аварийная дверь захлопнута. Или, наоборот, должны включиться? Зачем тут такая дверь?
От чего она защищает? И кого? Тех, кто изнутри, или тех, кто снаружи. И те, другие двери… Они совсем не похожи на автоматические. Если нас заманили в ловушку, то для чего? Если убить, то это можно было сделать проще. Значит, — не убить. Значит, или ради выкупа, или ради того, чтобы посадить на короткий поводок Тадаси. Если замешана жена и первый зам Таоки, то это не я им нужен, а Тиэко. Но тоже, как-то всё это сложно. Значит, время поджимает. Значит что-то должно случиться, пока нас нет. А нас специально отправили туда, где нас, то есть — Тиэко, можно изолировать.
Мозг вдруг выдал картинку, как зам Таоки смотрит на боса. Не очень хорошо смотрит.
— Убьют они его, — подумал я. — Устроят войну кланов и совершат покушение. А Тиэко здесь для того, чтобы Тадаси не «дёргался», пытаясь занять место убиенного лидера. Ха-ха… Вот я осёл безмозглый!