— Нравится? — спросил он.
Вместо ответа я коснулась пальцами его плеча. Провела по линии, которая шла от ключицы вниз. Кожа под пальцами горела, он дышал все чаще, и я чувствовала, как его сердце бьется под моей ладонью.
— Кира, — выдохнул он.
Я подняла глаза. Анри наклонился, и я не отстранилась.
Поцелуй был не таким, как в прошлый раз. Он начал медленно, пробуя мои губы, дразня, заставляя ждать. Я приоткрыла рот, и его язык скользнул внутрь, горячий, настойчивый, сплетаясь с моим.
Он притянул меня ближе, пальцы впились в кожу на талии. Я выгнулась навстречу, забывая, где мы, кто мы, зачем я звала его сюда.
Его ладонь поднялась выше, накрыла грудь, и я застонала ему в рот. Он сжимал, гладил, дразнил сосок большим пальцем, и я теряла остатки контроля, вцепившись ногтями в его плечи, в эти чертовы татуировки, которые теперь плыли перед глазами.
Глава 14
Он резко поднял голову и посмотрел на меня. В его глазах не было ничего, кроме ярости, почти осязаемой. Не той холодной, расчетливой злости, которую я видела раньше, а настоящей, когда человек готов крушить все вокруг от бессилия и непонимания.
Глаза почернели, зрачки расширились до предела, ноздри раздувались, на скулах ходили желваки. Анри смотрел на меня так, будто видел перед собой врага, будто я только что сделала что-то непростительное.
— Чего ты добиваешься? — прошипел он, и голос его был низким, хриплым, срывающимся.
Я молчала, только сильнее сжимала колени, пытаясь стать незаметной. Я чувствовала себя раздетой не только телом, но и без последней брони, которую всегда носила внутри.
— Какая, нахер, логика у тебя в башке? — он вскочил с дивана, и я дернулась, инстинктивно сжимаясь. — Ты что, думаешь, это смешно? Думаешь, можно довести мужика до такого состояния, а потом сказать «нет» и все будет тип-топ?
Он наклонился, упершись руками в спинку дивана по обе стороны от моей головы, нависая надо мной, и я чувствовала жар его тела, запах пота и возбуждения, который все еще исходил от него, чувствовала, как дрожат его руки.
— Ты хоть понимаешь, что ты сделала? — прошипел он, и его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. — Я почти внутри тебя был, Кира. Я почти стал первым. Я чувствовал, как ты течешь вокруг меня. Твое тело хотело меня. А ты, нет?
Я молчала, потому что не могла говорить, потому что в его глазах было столько ярости, что я боялась, что он меня ударит. Не то чтобы он когда-то давал повод, но сейчас, в эту секунду, он был похож на человека, который может сделать что угодно.
Он стоял надо мной еще пару секунд, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы, потом резко шагнул вперед. Его рука влетела мне в волосы, жестко, без предупреждения, Анри намотал густые рыжие пряди на кулак у самого корня и рванул вверх. Я вскрикнула от резкой боли, голова дернулась назад, шея выгнулась дугой. Он не дал мне упасть, просто дернул сильнее, заставляя сесть прямо на краю дивана, колени раздвинуты, комбинация задрана до талии.
— Смотри на меня, блядь, — прорычал он низко, голос хриплый, злой, полный неутоленной ярости. — Ты меня до этого довела. Теперь будешь смотреть, что ты натворила.