За их спинами, метрах в пяти, виднелась неприметная дверь, окрашенная в цвет стены.
— Простите, парни, в другой ситуации не тронул бы вас, — сказал я по-русски, шагая через тела поваров к двери в кладовку и, рванув ручку на себя, попал в кладовку.
И, обернувшись, положил РГД-5, на ручку двери, удалив чеку, чтобы та лежала под собственным весом. Теперь любое открытие двери повлечёт взрыв через 4 секунды.
Я выдохнул давя в себе адреналин и двинулся через кладовку.
Вокруг меня были полки с консервами, мешки с рисом и фасолью, коробки, видимо, с приправами потому как очень пахло специями. В дальнем конце кладовки действительно оказалась дверь, такая же неприметная, как и первая. Я толкнул ее аккуратно, попадая на лестницу, уходящую вверх.
И начал подъем, стараясь ступать бесшумно. С каждым шагом музыка из главного зала становилась тише, зато отчетливее слышались другие звуки: где-то наверху работал телевизор, кто-то разговаривал по-испански, смеялась женщина.
И вот я поднялся на второй этаж, выглядывая в коридор.
И я замер у двери: они сидели возле его кабинета вальяжно, опустив на колени автоматы, в костюмах, и даже не болтали, видать, слышали, что происходит за дверью у босса. А за ней действительно было веселее. И я выстрелил в них, снося им головы одной бесшумной очередью. Поменяв магазин, я пошёл к двери. И, наверное, кто-то из охраны упал достаточно шумно, что дверь открылась и фигура в костюме показалась в дверном проёме, чтобы тоже рухнуть под моей очередью, и тут же в дверной проём из комнаты беспорядочно забарабанил свинец. Я же, прижимаясь к стенке коридора, шёл, раскачиваясь, смотря на дверной проём, не покажется ли там кто-либо.
Грохот оглушил меня, но даже сквозь этот шум я слышал испанский говор и, не дождавшись цели, я вытащил левой рукой гранату из подсумка, поднёс её к контролирующей СР-3 правой руке, чтобы выдернуть чеку, и, с шагом, закатил РГД левой рукой в проём.
И на эту гранату еще до детонации из двери вывалился усатый мачо, заваливаясь на тело первого вышедшего. Он зажал спуск, однако я уже сдвинулся и осел правее, чтобы срезать и его прицельным выстрелом, пока его очередь кошмарила потолок над моей головой.
Прозвучал взрыв. А следом за ним — крики женщин и рычание мужчин. И я достал еще одну гранату, забросив её туда же.
И уже после второго взрыва рванул в дверь.
В помещении было всё задымлено, но тепловизор на моём шлеме видел всё. Тиммейт не подсвечивал цели, и я стрелял по тем, кто шевелится. Справа по мне ударила очередь, не прицельно, в дым, и я ответил туда тем же, но уже прицельно. А закончив с опасными целями, я еще раз прострелял всех присутствующих. На улице затихла музыка и стали слышны крики, командные мужские и панические женские.
Для себя же я решил, что хер пендосам на воротник, как раз в том месте, где у них погоны, а не убийство всего мирняка. Кто захочет — пусть бежит, и сам я по безоружным сегодня больше не стреляю.
Что там по плану? Там на втором этаже две лестницы: одна в кладовку, другая в зал и на улицу. Откуда же ко мне побегут, уточнять, как тут поживает их шеф? А где он? Я оглянулся. А вот он, нашпигованный осколками гранаты и добитый пулей, лежит, познаёт позу шавасаны. И я вытащил нож и аккуратно вставил ему в горло, а после достал сотовый и сфотал цель.