Неверяще и немного с испугом я смотрела в горящие лихорадочным блеском голубые глаза Никиты, чувствуя, как кружится голова и лупит пульс. За тот почти месяц, что мы знакомы, Волков пытался меня обнять и поцеловать несколько раз. Я отшучивалась, и он не настаивал. А вот так, чтобы с таким признанием и сумасшедшинкой на лице, — такого ещё не было. И к такому я не была готова. Столько искренности, страсти и эмоций, что любую крышу снесёт вмиг.
— Ник… — дрожащим голосом пролепетала я, ощущая тёплое дыхание парня на своих губах и вжимаясь спиной в лежак.
В этот момент я очень чётко поняла: если поддамся, то это будет расценено парнем как согласие. А потому не стоило расслабляться. Нельзя было давать Никите ложную надежду. В то же время сил отказать категорически не было. То ли майское солнышко виновато, то ли подготовка к ненавистной математике, то ли желание узнать, как это будет, но я мысленно капитулировала. А Ник почувствовал. И пошёл в атаку.
Тёплые губы коснулись моих, обдав кофейным запахом выпитого Волковым незадолго до этого эспрессо. Рука парня легла мне на щёку, а язык нежно пробежался по нижней губе…
— Простите, что мешаю, молодёжь! — раздался голос.
Я вздрогнула, выныривая из шквала стремительно настигавших интересных ощущений. Никита же медленно отстранился и закрыл глаза, не поворачиваясь к гостю и играя желваками от досады и злости. Я впервые видела его в таком состоянии. Правда, хватило его ненадолго.
7. Настоящее. Предложение
— Аня, ты сегодня опять допоздна? Последние две недели я постоянно вижу тебя тут после заката. Ну если только ты не гуляешь со своей шведской парочкой, — протянула Лида, устало присаживаясь на край моего стола. — А вот сегодня и я пашу за двоих. Представляешь, сам Волков с тестем пожаловали. У меня от них мороз по коже. Особенно от Немова. Григорий Немов — это не тот человек, с кем мне хотелось бы остаться одной на необитаемом острове. Сожрет и не подавится. Правда, красивый как бог…
Лида поежилась, а я, попытавшись угадать: это она так боится или восхищается, изучающе посмотрела на девушку. Впрочем, вопрос я задала совсем о другом:
— Владелец «Терра Ойл» лично приехал сюда? «Рус-Инвест-Строй» достоин такого внимания? А наш шеф — настолько большая шишка? Не понимаю… Строим всего несколько вспомогательных объектов, а движ вокруг такой, словно мы сами весь НПЗ тянем, — покачала я головой.
— Слушай, ну я хрен знает… — задумалась моя собеседница. — Но вообще наша компания в этом проекте — полностью протеже Павла Волкова. Сама понимаешь, технические объекты — это вообще не наша специализация. Я как узнала, куда мы влезаем, даже не поверила поначалу. Зачем это Игорю Васильевичу, выяснить не удалось. Он твердит только одно: нужно использовать все шансы… До этого мы на элитный поселок нацеливались, а тут такое… В общем, именно Волков посоветовал нас Немову.
— То есть Павел Волков прорекламировал отцу своей невесты «Рус-Инвест-Строй» и порекомендовал взять его в проект по строительству крупного нефтеперерабатывающего завода? Хотя мы по сути — небольшая строительная компания, которая специализировалась на жилой недвижимости, затем расширила портфель всего лишь до реализации общественных проектов? Наша стройкомпания — франкенштейн какой-то… И все это пахнет чем-то эдаким… Слушай, а как Волков познакомился с нашим шефом? — попыталась я сложить в голове головоломку, в которую можно было бы логично вписать фирму, в которой работала.